И в несколько секунд сложились в четкую картину. Все встало на свои места.

– Роджер?

Моргнув, он увидел, что все смотрят на него.

– С вами все в порядке? – спросил Ференцо.

– Да. – Роджер глубоко вздохнул. – Я нашел.

– Нашли что?

– Ответ. – Роджер оглядел комнату. – Ответ на все вопросы. Может быть.

– Вы хотите сказать, как остановить воинов? – с надеждой спросила Стефани.

– Нет. – Роджер натянуто улыбнулся. – Как остановить войну.

В наступившей тишине Роджер встал и подошел к телефону.

– Ну, что? – наконец произнес Ференцо. – Не томите.

– Обождите минуту. – Роджер снял трубку. – Сначала я должен сделать пару звонков.

– Кому? – с угрюмым подозрением спросил Иона.

Роджер криво усмехнулся.

– Доверься мне, Иона, – сказал он. – Тебе это особенно понравится.

Последняя фигура тенью скользнула во тьму, и зеленые втянули на борт трап, спущенный на старую пристань в бухте Гаванус на западе Бруклина. Двигатели, мягко работавшие на холостом ходу, взревели, и яхта отвалила от причала, направляясь к зыбким волнам северной части залива и видневшимся впереди огням Манхэттена.

– Это была последняя остановка, – раздался голос позади Кэролайн. – Остальные сойдут в Норт-Коув.

Оглянувшись, она увидела, что от рулевой рубки к ней направляется Николос; на темной куртке поблескивал трасск.

– Куда они идут? – Она указала в сторону берега, быстро таявшего в ночи по мере того, как яхта набирала скорость. – Уничтожать женщин и детей серых?

– На самом деле большинство этих женщин готовы сражаться рядом с мужчинами, – поправил Николос, облокотившись на леер и глядя в ту сторону, где скрылись десять воинов. – Группы, которые, как мне доложили, поджидают нас на разных мостах, несомненно, смешанные.

Он улыбнулся.

– Кстати, спасибо за помощь. Отвлечение таких сил серых сделает операцию гораздо проще.

Кэролайн отвернулась, внутри у нее все переворачивалось от отчаяния. Значит, Роджер все-таки не расшифровал сообщение. Она или перемудрила, или слишком затемнила смысл, но он так и не понял подсказок, на которые она возлагала такие надежды. Распознал только первую часть и послушно передал серым. Те сейчас собрались на северной оконечности Манхэттена и готовятся к сражению, которое не состоится. Во всяком случае, состоится не здесь.

– Вы не ответили на вопрос, – сказала она.

Николос пожал плечами.

– Никто не собирается нападать на слабых и малолетних, если вы об этом беспокоитесь. Воины, которых мы отправили на берег, будут готовы встретить серых, когда те, как я ожидаю, ринутся домой, осознав, что их одурачили. Их посты в городе сообщают, что в Южном Манхэттене перемещаются массы зеленых, так что они полагают, что мои – главные силы там, и не ждут никаких столкновений у себя дома в Квинсе и Бруклине. По десять воинов на каждом из возможных направлений хватит, чтобы уничтожить серых, когда они попадут в ловушку.

Кэролайн отчаянно вцепилась руками в леер.

– И вы считаете, что так воевать достойно?

– Мы делаем то, что должны делать, – ровным голосом произнес Николос. – Будь у них возможность, они поступили бы так же. – Он помолчал. – Хотя мне на самом деле очень жаль, что вы впутались в это дело. Я бы предпочел, чтобы вы с мужем остались в стороне.

– Да уж конечно, – с горечью сказала она.