Браун нахмурился. Гражданские двигатели были более долговечны, более экономны и просты в обслуживании, чем военные. Они могли очень долго работать на полном ходу, но весили гораздо больше военных, а скоростью уступали им почти вдвое. Конструкторы грузовых космических кораблей обожали гражданские двигатели за их надежность и экономичность, но кто же ставит их на линейные крейсера?!

Если неизвестные линейные крейсера летают не быстрее его корабля, у «Аргоса», кажется, появился шанс на спасение.

– По-прежнему не отвечают? – отрывисто спросил Браун.

– Никак нет, – сказал офицер связи, и Браун с мрачным видом кивнул:

– Уклониться от встречи, капитан!

– Слушаюсь!.. Рулевой! Курс один-восемь-ноль! «Аргос» повернул в сторону. Попытку уклониться от встречи тоже можно было расценить как признак агрессивных намерений, но у Брауна не оставалось выбора: «Аргос» был слишком легко вооружен, а линейные крейсера, вероятно, имели установки для запуска ракет дальнего боя. К тому же они были слишком близко и в любой момент могли…

– Ракетный залп! – внезапно воскликнул первый помощник. – К нам приближается много ракет. Время до цели… двадцать две секунды!

– Противоракетная оборона – к бою! – хрипло скомандовала Урсула Эльсвик.

Линейные крейсера дали залп ракетами с внешней подвески. Сорок восемь тяжелых ракет с воем устремились сквозь космическое пространство. Со скоростью, лишь вдвое уступавшей скорости света, они неслись к чужому кораблю, как акулы к своей жертве.

Навстречу вылетели ракеты-перехватчики, но разве они могли справиться с таким массированным залпом!.. Коммодор Браун заскрипел зубами:

– Выпустить курьерскую ракету!

Стоявшая наготове курьерская ракета «Аргоса» вылетела из своей пусковой установки и помчалась к узлу пространства. Судя по всему, противник не ожидал ее увидеть, так как ни один из вражеских кораблей даже не сделал попытки сбить ее, когда она промелькнула рядом с ними. Браун попытался приободриться мыслью о том, что хотя бы его информация принесет какую-то пользу человечеству, но не мог оторвать глаз от дисплея, на котором были видны приближающиеся тяжелые ракеты.

В пространстве между «Аргосом» и его противниками стали вспыхивать огненные шары. Каждая вспышка обозначала сбитую вражескую ракету. Это говорило о том, что у расчетов противоракетных лазеров будет меньше работы! Но таких вспышек было слишком мало. От ракет-перехватчиков ускользнуло тридцать вражеских тяжелых ракет, и батареи лазеров стали поражать их своими смертоносными лучами. Они сбили еще несколько ракет, но остальные неслись к цели. Потом «Аргос» накренился, словно попав в шквал. Это первая боеголовка взорвалась, наткнувшись на его щиты. Взрывы следовали один за другим. Казалось, корабль бьет огромными кулаками великан-невидимка. Браун сидел, вцепившись в подлокотники кресла онемевшими пальцами. Наконец страшные удары прекратились.

– Семь попаданий, – доложил первый помощник. – Обычные ядерные боеголовки.

– Повреждения? – спросила Эльсвик.

– Разрушено большинство щитов, кое-что повреждено взрывными волнами, но больше ничего! – Казалось, первый помощник сам не может в это поверить, и Браун его понимал.

Такое количество линейных крейсеров могло разнести «Аргос» в щепки! Что ж, если у них это не вышло, тем лучше!

Браун напряженно ждал следующего залпа, но его не последовало. Коммодор немного расслабился, пытаясь понять, почему противник больше не стреляет.