Кейти. Закари. Девочки. Может так получиться, что девочки вырастут без отца. Если Зейтуна переведут в секретную тюрьму, их жизнь перевернется с ног на голову: дети из хорошо обеспеченной семьи успешного предпринимателя превратятся в отпрысков предполагаемого руководителя подпольной террористической ячейки.

Даже если он завтра окажется на свободе, пятно позора уже не смыть никогда. Каково детям жить сначала в страхе, что их отец умер, а потом узнать, что его арестовали, под дулом пистолета доставили в тюрьму и держали в клетке, как крысу?

Он схватился за бок, стараясь унять боль, загнать ее внутрь.

Пятница, 16 сентября

До заключенных докатились слухи, что после обеда им разрешат выйти на улицу. Зейтун неделю не видел солнца.

Во время часовой прогулки Зейтун хотел было пробежаться, но чуть не потерял сознание. Просто ходил по площадке, выслушивая чужие истории, одну удивительнее другой.

Один мужчина рассказал, как после урагана передвигал у себя мебель, а полицейские, заметив это, вломились в дом. Он начал возмущаться, они его избили и ушли. Несколько дней спустя он пошел жаловаться на автовокзал «Грейхаунд». Там его арестовали и отправили в «Хант».

Но самая чудовищная история произошла с Мёрлин Мейтен. Один из заключенных видел про нее репортаж по телевизору. Она сидела в женском отделении «Ханта».

Мейтен была диаконессой в миссионерской баптистской церкви, ей было семьдесят три года и она страдала от диабета. Перед ураганом Мёрлин с восьмидесятилетним мужем сняли номер в одной из гостиниц в центре. Они не хотели оставаться одни и надеялись, что постояльцы и обслуга в случае необходимости окажут им помощь. К тому же гостиница стояла на высоком месте, то есть там они были бы в большей безопасности. До гостиницы Мейтены доехали на машине и заплатили за номер кредитной картой.

Прошло дня три, Мёрлин спустилась в машину за едой. Мэр Нэйгин предупредил остававшихся в городе жителей, что они должны иметь под рукой трехдневный запас продуктов, и Мёрлин забила багажник всем необходимым. Машину они оставили на парковке рядом с гостиницей. Мёрлин вытащила упаковку сосисок из термоконтейнера и пошла назад в гостиницу, как вдруг услышала за спиной крики и топот. Это была полиция; Мёрлин Мейтен обвинили в ограблении расположенного неподалеку магазина.

Оказалось, воры обчистили соседний продуктовый магазинчик, полицейские их разыскивали, и тут им подвернулась Мейтен. На нее нацепили наручники и обвинили в краже продуктов на сумму 63 доллара 50 центов. Судья, с которым связались по телефону, назначил залог в 50 тысяч долларов. Обычно в таких случаях было бы достаточно пятисот.

Мёрлин привезли в «Кэмп-Грейхаунд», где она спала на цементе. Затем ее перевели в Исправительное заведение для женщин штата Луизиана, аналог тюрьмы «Хант». Там она провела еще две недели, пока общими усилиями Американской ассоциации пенсионеров, частного адвоката и общественных защитников ее не освободили. Не последнюю роль сыграла и статья о ее злоключениях, опубликованная агентством «Ассошиейтед пресс».

Адвокатам удалось убедить судью, что престарелая женщина, проживающая в гостинице, вряд ли станет грабить магазин ради сосисок. Они доказали, что такими сосисками этот магазин вообще никогда не торговал и что Мейтен в нем не было и быть не могло: чтобы попасть в поврежденное ураганом помещение, заваленное обломками и битым стеклом, надо иметь недюжинную сноровку, каковой семидесятитрехлетняя диаконесса не обладала.