Кейти позвонила в половине седьмого.

Они застряли в пробке в нескольких милях от города. Мало того: запутавшись в карте и растерявшись от огромного количества машин на хайвее, она, вместо того чтобы съехать на трассу I-10, идущую на запад, прямиком в Батон-Руж, направилась на восток. Чтобы исправить ошибку, ей придется пересечь по мосту озеро Пончартрейн, сделать крюк в районе Слайдела и потом проехать еще полштата. Это займет не один час. Они только выехали, а она уже чувствует себя как загнанная лошадь.

Зейтун сидел дома перед телевизором, положив ноги на стол.

— А я тебе что говорил! — не удержался он.

По плану Кейти с детьми должна была приехать в Батон-Руж к ужину, но к семи часам вечера они преодолели меньше двадцати миль. На окраине Слайдела они завернули в «Бургер Кинг», купили чизбургеры и картошку фри и вернулись на хайвей. Немного погодя машину наполнил ужасный смрад.

— Чем это пахнет? — спросила Кейти. Девочки захихикали. Запах был невыносимый, фекальный. — Чем пахнет? — повторила Кейти. Девочки задыхались от смеха. Закари тряс головой.

— Это Микей, — смогла наконец выдавить одна из девочек и снова зашлась в неудержимом приступе хохота.

Оказалось, маленькие злодейки скормили псу несколько кусочков чизбургеров, от сыра собаку распирали газы, и она давно уже портила воздух.

— Ужас, какая вонь! — взвыла Кейти. Дети опять расхохотались, а несчастная собака забилась под заднее сиденье, где и продолжала страдать.

На выезде из Слайдела Кейти свернула на I-190 — по ее расчетам менее загруженную, но и там она увидела бесконечно длинную цепочку красных тормозных огней. Десять тысяч машин и двадцать тысяч фар, прикинула Кейти, и так, без перерыва, до самого Батон-Ружа. Не до конца осознавая масштаб и странность происходящего, она стала невольным участником великого исхода. Тысячи людей заполнили дороги, убегая от ветров и наводнения кто на север, кто на восток. У Кейти в голове крутилось только одно: где взять столько кроватей? На чем все эти люди будут спать? Нужны тысячи спальных мест. Она с тоской смотрела на каждый стоящий поблизости от дороги дом. Они не проделали еще и половины пути, а она уже на пределе сил.

Кейти вернулась мыслями к Зейтуну. Неужели ураган действительно такой, каким она его видела по телевизору: похож на белый круг пилы-циркулярки, надвигающийся прямиком на Новый Орлеан? На снимках со спутника город выглядел малюсенькой, по сравнению с ураганом, песчинкой, которой предстояло быть изрезанной безжалостной пилой. А там был ее муж — совсем один, в дощатом доме.

Зейтун опять позвонил в восемь вечера. За три часа, проведенные в пути, Кейти с детьми сумела доехать лишь до Ковингтона, отстоящего на пятьдесят миль от Нового Орлеана. Зейтун тем временем смотрел телевизор, слонялся по дому, наслаждался прохладным вечером.

— Лучше бы вы остались дома, — сказал он жене. — Здесь так спокойно…

— Ладно, умник, посмотрим, кто был прав, — ответила Кейти.

Несмотря на усталость, несмотря на то, что страдающая от газов псина сводила ее с ума, Кейти радовалась возможности провести несколько дней в Батон-Руже. Хотя сама понимала, что радоваться рано. Характеры у ее родных были не из легких, и любой визит мог, едва начавшись, быть безвозвратно испорчен. У нее было объяснение на этот счет: не все так просто. Она выросла в многодетной семье, постоянно сотрясаемой бурными ссорами, а уж когда перешла в ислам, проблем и непонимания только прибавилось.

Часто неприятности начинались с ее хиджаба. Не успеет Кейти приехать и выгрузить вещи, как кто-нибудь обязательно ляпнет: «Ну все, можешь снять это с головы».