Она спросила, как ей связаться с Зейтуном, в каких он условиях…

— Послушайте, я не могу больше с вами разговаривать. Это мне может дорого обойтись. Он жив-здоров, он здесь. Это все, я должен идти.

И повесил трубку.

Часть IV

Вторник, 6 сентября

Зейтун впервые за последние дней десять наслаждался прохладным душем. Зная, что вода в любой момент может кончиться, он позволил себе продлить удовольствие на несколько лишних секунд.

Он был готов эвакуироваться. С каждым днем жителей в их районе оставалось все меньше, скоро уже некому будет помогать и не за чем присматривать. Зейтун раздумывал, когда и каким образом покинуть город. Пожалуй, дня через два, три. Он бы мог сгонять на перекресток Сент-Чарлз и Наполеон и спросить у военных и сотрудников эвакуационного пункта, как это лучше сделать. Ему и надо-то всего только добраться до аэропорта в Новом Орлеане или в Батон-Руже и улететь в Финикс. Здесь делать больше нечего, еда на исходе, да и очень уж он соскучился по жене и детям. Пора уезжать.

Зейтун спустился на первый этаж.

— Твоя очередь, — сказал он Нассеру.

И позвонил Ахмаду в Испанию.

— Нам такое показывают по телевизору! — сказал тот.

Не прерывая беседы с братом, Зейтун краем уха услышал, как Нассер разговаривает с кем-то на улице.

— Зейтун! — позвал его Нассер.

— Что?

— Поди сюда, тут какие-то люди спрашивают, не нужна ли нам вода.

Зейтун повесил трубку и пошел к двери.

В холл входили незнакомые люди. То ли в полицейской, то ли в военной форме, не разберешь. Камуфляж. Бронежилеты. Почти все в солнцезащитных очках. В руках — винтовки М-16 и пистолеты. В холле стразу стало тесно. Зейтун заметил не меньше десяти единиц оружия.

— Вы кто? — спросил один из них.

— Я — владелец этого дома. Он мне принадлежит, — ответил Зейтун.

Теперь-то он их всех разглядел: пятеро белых мужчин и одна афроамериканка. Бронежилеты мешали рассмотреть форму. Местные полицейские? Женщина, очень высокая, в камуфляжной военной форме, скорее всего, из Национальной гвардии. Все жадно озирались по сторонам, словно наконец-то попали внутрь здания, за которым долго наблюдали издалека. Все шестеро напряжены как пружины, у каждого — палец на курке. Там же, в холле, один офицер стал обыскивать Ронни, другой прижал Нассера к стене рядом с лестницей.

— Документы! — потребовал кто-то.

Зейтун подчинился. Тот взял его водительское удостоверение и, даже не посмотрев, сразу же вернул.

— Давай в лодку, — приказал он.

— Вы ведь на него даже не посмотрели! — возмутился Зейтун.

— Двигай! — рявкнул незнакомец.

Зейтуна подтолкнули к входной двери. Ронни и Нассера уже загнали в огромную аэролодку. Это было военное судно, намного больше тех, которые Зейтун видел в городе после урагана. Там были, кажется, еще два офицера: стояли, наведя на них автоматические винтовки.

В этот момент к дому подплыла моторка — Тодд возвращался домой, завершив свои спасательные операции.

— Что тут происходит? — спросил он.

— Ты кто такой? — не отвечая, задал вопрос один офицер.

— Я здесь живу, — ответил Тодд. — Могу показать документы, они в доме.

— Залезай в лодку, — прозвучал приказ.

Зейтун не запаниковал. Он знал, что в городе объявлена принудительная эвакуация, и решил, что дело именно в этом. И не сомневался, что в том месте, куда их везут, все прояснится. Единственное, что необходимо сделать — это дозвониться Кейти, а уж она сама позвонит адвокату.