Изменить размер шрифта - +

     В  главном  проходе  показывается человек  в  мундире.  Слышится шепот:
"Пелье... Пелье..."
     Твердым  шагом  генерал  направляется к  свидетельскому месту  и  резко
останавливается.
     Баруа (Люсу). Вот... Они бросили в атаку Пелье!
     Волнение  в  зале  достигает такой  степени,  что  генерал  нетерпеливо
оборачивается  и   окидывает   толпу   взглядом;   его   воинственное  лицо,
аристократическая осанка,  неумолимая  властность  всего  облика  заставляют
людей замолчать, впрочем ненадолго.
     Председатель,  толстый  человек  с  круглым бритым  лицом,  обрамленным
бакенбардами,  на  котором выделяются тонкие и  сжатые губы,  делает гневное
движение; но он не в силах водворить тишину.
     В шуме,  который мало-помалу стихает,  раздается четкий голос генерала;
можно различить отдельные слова:
     "...  Неукоснительно следуя закону...  дело Дрейфуса... Прошу слова" [В
дальнейшем  судебное  разбирательство  воспроизводится по  стенографическому
отчету   10-го   судебного   заседания.    См.    "Процесс   Золя".   Полный
стенографический отчет.  Париж,  1898 год.  Том  II.  стр.  118-125 -  Прим.
автора].
     Голоса. Тише, тише.
     Генерал де Пелье.  Я употреблю слова, которые любит повторять полковник
Анри: "Вы хотите знать правду? Хорошо!"
     Его  металлический голос  вызывающе звенит в  обширном зале,  застывшем
наконец в молчании.
     Во  время  интерпелляции Кастлена произошел факт,  на  который  я  хочу
обратить внимание.  В  военном министерстве -  заметьте,  я не говорю о деле
Дрейфуса -  имелось неопровержимое доказательство виновности Дрейфуса! И это
неопровержимое доказательство я видел!
     Он  поворачивается к  присяжным,  затем  к  защите,  затем  к  публике.
Вызывающая улыбка появляется на его суровом, как у фехтовальщика, лице.
     Во время этой интерпелляции военным министерством была получена бумага,
происхождение которой неоспоримо;  вот  что  в  ней  было  написано:  "Будет
интерпелляция по  делу  Дрейфуса.  Ни  в  коем  случае не  говорите о  наших
отношениях с этим евреем".  И бумага эта подписана,  господа!  Она подписана
неизвестным именем, но к ней приложена визитная карточка, на обороте которой
сделана пометка о каком-то незначительном свидании; пометка подписана тем же
условным   именем,   которым   подписана   бумага,   а   визитная   карточка
принадлежит...
     Короткая пауза.
     Публика вздрагивает,  потом замирает, затаив дыхание, глядя попеременно
то на судей,  то на свидетеля,  то на Золя, у которого вырывается негодующий
жест,  то на присяжных:  они с облегчением вздыхают, и на их заурядных лицах
появляется удовлетворенное выражение.
Быстрый переход