|
Это еще что, аббат гораздо лучше выглядит, чем месяц назад... Он бы погиб среди своих негров, если бы я не добилась, чтобы епископ распорядился вернуть его обратно. Аббат (Жану). Это правда, дорогой, я чуть было не остался там. Но всевышний, вняв молитвам госпожи Пасклен, сказал себе: "Этот молодец еще может мне пригодиться... Годен для строевой службы!" И вот я здесь... Жан (серьезно). Теперь вам необходим ремонт. Аббат. О, все уже в порядке!.. Корабль поставили в док, и он снова может плавать!.. (Стучит себя в грудь кулаком.) Корпус был сделан на совесть! Вот, скажем, позавчера я ходил пешком в Сен-Сир; ноги еще крепкие. Нынче собираюсь в Бомон, навестить господина кюре... Как видите, со мной вовсе не нужно нянчиться. (Долго смотрит на Жана, не переставая говорить.) Как он изменился! Жан. Неужели до такой степени? Аббат. Эти усы! И потом, сам не знаю, что-то новое, иное... Взгляд... Нет, все лицо... Г-жа Пасклен (отводит Сесиль в сторону). Ну, а ты? Как ты себя чувствуешь? Сесиль. Как всегда. Г-жа Пасклен. Все еще ничего? Сесиль (со слезами на глазах). Ничего. Молчание. Г-жа Пасклен (негромко, бросив взгляд на Жана, разговаривающего с аббатом). А... он? Безнадежный жест Сесили. Глубокий вздох. Завтрак окончен. Аббат (подходя к окну). Вот и дождь прошел, пора в путь. Пойду к кюре, в Бомон. Жан, вы меня немного проводите? Жан. Охотно! Подул свежий ветер, пятна от растаявших градин высохли. Огромное и светлое, словно вымытое почти добела, небо раскинулось над городом. Улицы чисты, апрельское солнце смеется на фасадах домов. Белые ставни сверкают после дождя, как лакированные. Праздник - второй день пасхи. На улицах - гуляющие горожане. Жан. Пойдем напрямик, через кладбище? Аббат. Да... (Берет Жана под руку.) Как приятно прошел завтрак. Одно из ваших писем встревожило меня... к тому же, ваша теща так уклончиво отвечала на мои вопросы... (По привычке выделяя некоторые слова.) Но я вижу, вы и Сесиль счастливы так, как оба того заслуживаете. Жан почти весело смотрит ему в лицо, и аббат принимает его улыбку за знак согласия. Несколько шагов они делают в молчании. Жан (с коротким смешком). Счастье? Нет, нет, нет, какое уж там счастье! Аббат вздрагивает и останавливается. Аббат. Вы шутите? Жан (с горькой усмешкой). Мне не до шуток. Аббат (пораженный, с некоторой обидой). Жан... Жан (пожимая плечами). До чего же глупо все получилось! Аббат. Вы меня пугаете, Жан. Жан. Ничего не поделаешь. Я и сам в тупике. |
