|
Баруа разглядывает его лоб, твердый и словно набухший, склоненный над их детищем... Его охватывает гордость. Люс еще раз пробегает страницы, задерживается на своих замечаниях, сделанных карандашом на полях. Задумывается, держа журнал на ладони, будто прикидывая его вес. Наконец выпрямляется, смотрит на Баруа и кладет "Сеятель" на стол. (Просто.) Располагайте мной, я с вами. Его интонация подчеркивает важность заключенного союза. Баруа молчит, застигнутый врасплох, потрясенный до глубины души. Он не в силах произнести банальные слова благодарности. Они смотрят друг другу в глаза долгим растроганным взглядом... Баруа (после короткого молчания). ...Если бы мои товарищи могли слышать сейчас ваши слова, ваш голос! Люс разглядывает его с той открытой, лишенной даже тени иронии, улыбкой, с какой он вообще смотрит на мир: в ней - радостное удивление ребенка, любовное внимание человека любознательного, для которого все ново и чудесно. Недолгое молчание. Люс. Да, вы правы. Нам не хватало такого журнала, как ваш "Сеятель". Но вы берете на себя огромную задачу... Баруа. Почему? Люс. Именно потому, что только вы одни будете обращаться к действительно важным проблемам современности. У вас будет множество читателей, а это налагает большую ответственность. Вы только подумайте: каждое ваше слово вызовет отклики, и эти отклики уже не будут зависеть от вас, вы не сможете их направлять... Более того, сплошь да рядом вы о них даже ничего не узнаете! (Как бы обращаясь к самому себе.) Ах, как мы торопимся писать! Сеять, сеять! Нужно отбирать, тщательно отбирать семена, быть уверенным в том, что бросаешь в землю только хорошие... Баруа (с гордостью). Мы полностью сознаем принятую на себя ответственность. Люс (оставляя без ответа слова Баруа). Ваши друзья так же молоды? Баруа. Да, почти. Люс (перелистывая журнал). Кто этот Брэй-Зежер? Не сродни ли он скульптору? Баруа. Это его сын. Люс. А! Наши отцы были знакомы, Брэй-Зежер-старший был близок с Ренаном... Ваш друг не занимается скульптурой? Баруа. Нет, он магистр философии. Мы вместе учились в Сорбонне. Люс. Судя по его "Введению в позитивную философию", это - человек весьма своеобразный. (Строго.) Но сектант. Удивленный жест Баруа. Люс поднимает голову и смотрит на Баруа почти ласково. Вы мне позволите говорить с вами откровенно? Баруа. Я вас прошу! Люс. |
