— Император ведь может сказать, что письмо прочитал и думать будет. А потом издать указ, в котором подтвердить, что принимает нужды подданных с их описанием — тем, что в настоящем письме есть, — заметил я.

— Не получится, — покачал головой Сергей. — Зачитывать письмо по мнению революционеров отец Никодим будет при всем народе, что на ход соберется. Как только дойдут и дождутся императора, тогда и зачитает. Но даже если император не выйдет, все равно зачитает. В этом все уверены. Тут уж скрыть, что написано, не получится.

— Спасибо, Сергей, действительно важные новости, — задумался я. — И когда они думают начать?

— Пока точно сказать не могу, — развел руками парень. — Но точно в самое ближайшее время. Сразу после Нового года или на Крещение.

Тут Сергей засуетился — долго уже с ним говорили, хватиться его могли, и он ушел. А я в глубокой задумчивости двинулся домой. Похоже, плакали мои выходные. Такие сведения нужно срочно наверх передать. Сегодня же подробный отчет написать, а завтра с полковником Баратиным созвониться и его отдать. Чтобы к понедельнику начальство в курсе дел было. Вплоть до генерала Васнецова, минимум.

Дома меня уже ждала Катя и мальчишки. Сестра немного подулась, что я не лично ее встретил, но быстро оттаяла. После чего потребовала рассказ, что было на балу у губернатора. В том, что я посещу это событие, она не сомневалась.

— Дедушку всегда приглашали, если он в Москве был, так почему тебя не должны были, — пожала она плечами, когда я спросил о такой ее уверенности.

Мальчишки после этого тоже навострили уши и состроили глазки. Хотя еще минуту назад собирались делиться своими событиями в школе. Пришлось отложить план с написанием отчета и уделить время родным. А потом сил уже и вовсе не осталось, и отчет я писал уже утром. Отдать же его смог лишь в воскресенье — в субботу удалось лишь передать через управление мою просьбу о срочной встрече с Баратиным.

Утро понедельника началось для меня с настойчивого стука в дверь, за которой оказался молодцеватый парень в жандармской форме младшего унтера.

— Господин штабс-ротмистр, вас срочно вызывают в управление! — увидев меня, тут же отрапортовал он.

Похоже, к моему отчету отнеслись максимально серьезно. И это хорошо!

Глава 23

Собрался я образцово быстро. Всего пять минут на умывание и сбор — и вот я уже в сопровождении унтера еду в служебной машине до управления. На входе дежурный офицер сделал пометку о моем прибытии и по телефону тут же доложил об этом, после чего унтер повел меня в кабинет высокого начальства. Это я так думал, а получилось, что пришли мы не в кабинет к полковнику Баратину, а в актовый зал. В управлении и такой оказывается есть, а вот я в нем еще ни разу не был.

Тут уже собралось немало офицеров. Как я понял — все мы были поставлены руководить определенными участками разбитой на районы Москвы. Тут собрались либо штабс-ротмистры, либо ротмистры. Никого ниже чином.

Когда все расселись в зале, на сцену вышел сам генерал Васнецов.

— Господа офицеры, с прошедшим Рождеством и с Наступающим Новым годом, — начал свою речь генерал.

Все вежливо похлопали, после чего он продолжил.

— Ситуация в нашей стране нынче нестабильная. Да еще подогревается иностранными агентами в преддверии большой войны. Да, вы не ослышались, да и сами наверняка понимаете. Война будет и ее начало — лишь вопрос времени. Чтобы ослабить нас и не дать ударить по врагу всей силой, наше общество старательно раскачивают. Стремятся всячески утопить нас в наших внутренних проблемах. И буквально в эти выходные пришла очень тревожная информация о том, как именно враги хотят в очередной раз ударить по нам. Григорий Мстиславович, — стал искать меня взглядом генерал, и я поднялся со своего места.