— Подожди меня здесь, — сказала она кучеру, который помог ей выбраться из кареты. — Я скоро вернусь.

Слуга уже постучал в дверь — узнать, дома ли маркиз. Дворецкий сообщил ему, что лорд Данкомб будет принимать во второй половине дня, но визитная карточка Джулианы обеспечила ей раннюю аудиенцию.

Когда она вошла в тускло освещенную прихожую, ее кузен как раз спускался по лестнице. Джулиана сочла эту фамильярность дурным знаком: зачем было утруждать себя, встречая ее у порога, если он мог подождать в гостиной, куда ее препроводил бы дворецкий?

— Кузен, — начала Джулиана, склоняясь в реверансе, — вы очень хорошо выглядите.

Лорд Данкомб удивленно вскинул брови в ответ на неожиданный комплимент. Отпустив дворецкого, он сложил руки за спиной и принялся расхаживать вокруг нее.

— А вы, кузина, если быть до конца честным, выглядите не очень хорошо. Что же привело вас к моему порогу в столь ранний час?

Да уж, вряд ли кто-нибудь назвал бы этого человека радушным хозяином. Если бы они были близки, он предложил бы ей пройти в гостиную или даже в библиотеку. Но она по-прежнему стояла в прихожей, как незваная гостья. Наверное, было везением уже то, что он вообще согласился ее принять.

— Так что же?

«Говори начистоту, — мысленно посоветовала она сама себе. — Кузен не потерпит околичностей».

— У маман неприятности.

Он презрительно фыркнул:

— Полагаю, неприятности в связи с азартными играми.

Джулиана возмущенно вскинула подбородок, без труда различив в его голосе глумливые нотки.

— Да. Насколько я знаю, долг весьма значителен, и у лорда Гомфри есть ее долговая расписка.

Маркиз хмыкнул себе под нос, а потом сказал с сарказмом:

— Не сомневаюсь… С лордом Гомфри шутки за карточным столом плохи. Ваша мать прекрасно знала, какая у него репутация.

— Как бы то ни было, милорд, мы нуждаемся в вашей помощи.

— Нет!

Категорический отказ лишил Джулиану возможности произнести заготовленную тираду. На миг утратив дар речи, она уставилась на бессердечного родственника. Пытаясь собраться с мыслями, она перевела невидящий взгляд на стулья, выставленные вдоль стены слева. Поскольку лорд Данкомб не снизошел до элементарной вежливости, с ее стороны было бы практически грубостью усесться на стул без приглашения.

— Вы, кажется, не понимаете всей серьезности нашего положения, — сказала она, так крепко сжимая ридикюль, что кончики пальцев онемели. — Лорд Гомфри требует выплатить долг до наступления темноты.

Лорд Данкомб нахмурился, одернул рукав и поправил манжету.

— Полагаю, ваша матушка добровольно приняла его условия.

Каким же все-таки холодным был этот человек! Интересно, волновала ли его еще чья-либо участь, кроме его собственной? Отсутствие складки на рукаве было для него важнее благополучия родни.

— Да.

Он поднял голову, и его ледяные серые глаза буквально пригвоздили Джулиану к стене.

— Тогда она должна исполнить свои обязательства.

От его черствости у Джулианы скрутило живот.

— М-маман не в силах исполнить это обязательство без вашего вспоможения. Мы оба знаем, что это так. Но это жестоко — отвернуться от родственницы, попавшей в беду!

— Родственницы? — Лорд Данкомб зашагал к Джулиане, и ей пришлось попятиться, пока она не наткнулась на входную дверь. — Это что, объяснение в сестринской любви?

Он стоял так близко, что Джулиана чувствовала жар его тела. Если он хотел ее напугать, то ему это удалось; испуг кузины лишь рассмешил его.