Обычно, конечно, сопротивление аборигенов длились недолго – было достаточно всего нескольких дней, чтобы вся сложная техника в долине приходила в негодность. И тогда всё решали клинки и боевые умения, а в этом арранам не было равных. Не говоря уже о преимуществах, даваемых артефактами Изначальных – те были настолько совершенны, что им не страшно было ни время, ни игнис.

Но в этот раз всё было по-другому. И дело даже не в том, что новый мир оказался куда опаснее, чем можно было решить на первый взгляд. Сводки показывали, что сегодня как минимум четверо жнецов были убиты тем самым загадочным гелотом, что присвоил себе Свет зари. И вина за это, пусть и косвенная, ложилась на Регину, ведь именно она потеряла оружие. Да и в целом, это бросало тень на весь Дом Ортос. Зандор Бронзоголовый, варлорд Гракхов, уже открыто высказался по этому поводу, и в очень нелицеприятной форме.

Хуже всего, что среди погибших был и Дангилай – восходящая звезда Великого дома Ортос. Его смерть вызвала у Элейны смешанные чувства. С одной стороны, конечно, ужаснула. Но в то же время и принесла некоторое облегчение. Хотя признаться в этом она боялась даже самой себе.

Между ней, Дангилаем и Региной в последние несколько лет сложились довольно запутанные отношения. Изначально он ухаживал за Региной, но та была слишком увлечена подготовкой для вступления в орден Жнецов. Большую часть своего времени она посвящала разнообразным тренировкам и, кажется, была совершенна равнодушна к делам любовным.

Поначалу это было даже на руку Дангилаю – они начали частенько тренироваться вместе, и это было удобным поводом для встреч. Но, кажется, постепенно он пришел к выводу, что ему более интересна другая сестра – более тихая, домашняя, утонченная, а не та, у которой мозолей и синяков больше, чем у него. Элейну же его ухаживания приводили в смятение, но у нее хватало духу отвергнуть их.

Всё стало ещё сложнее, когда Регина поняла, что происходит. И оказалось, что всё-таки этот самоуверенный красавец ей не совсем безразличен. Не были бы сёстры так близки между собой, это могло бы стать причиной серьезных ссор. Но они слишком любили друг друга, чтобы кто-то мог встать между ними. И в итоге они обе начали увиливать от настойчивых притязаний Дангилая, чем, кажется, приводили его в тихое бешенство.

Напрямую отвергнуть его не могла ни та, ни другая – из-за отца. Данакт Ортос очень благоволил Дангилаю и, кажется, всерьёз рассматривал его как партию для одной из дочерей. Амбициозный, благородный, богатый, прославивший себя уже в нескольких Жатвах – вполне достойный спутник для наследницы Великого дома…

– Ты скорбишь о нём? – всё же снова подала голос Элейна, не в силах выносить это тягостное молчание.

Регина ехала с каменным лицом, устремив взгляд куда-то в пустоту и неосознанно баюкая культю правой руки, на место которой мастера уже приладили золоченый протез реалистичной формы – его неподвижными пальцами при должной сноровке даже можно было совершать простейшие действия. Держать бокал, самописец, браться за дверные ручки.

Ответила она снова с запозданием, будто очнулась от дремы.

– Это моя вина…

– Не говори так! – вспыхнула Элейна.

– Но это правда! Это худший из проступков Жнеца – позволить врагу забрать твое оружие. А из-за меня Свет зари оказался даже не у Гракхов, а у какого-то паршивого гелота! И он уже принёс столько бед!

– И что с того? Не думаешь же ты, что дело только в клинке? Если он умудрился убить Дангилая и еще нескольких Жнецов – то это явно не простой гелот.