Они бросились на меня – все разом, оскальзываясь на остатках жижи из пустул, расталкивая друг друга и разевая пасти в непрекращающемся визге. На то, чтобы добежать от дальней стены магазинчика до раскрытого окна, им хватило буквально трех секунд. Я же так и замер с вытянутой вперед рукой. Сзади послышались предупредительные команды Руса.

Вырвавшаяся вперед тварь одним махом заскочила на подоконник и прыгнула наружу.

И вдруг развалилась, рассеченная на несколько частей. Обрубки с мерзким влажным звуком повалились на бетонную отмостку, разбрызгивая ошметки потрохов и черной крови. Еще несколько гулей успели повторить судьбу первого прежде, чем остальные начали что-то подозревать. Твари были довольно шустрые и кровожадные, но вот умом, кажется, не отличались – буквально за несколько секунд под окном образовалась целая гора омерзительных шевелящихся останков.

Только последние пару уродцев притормозили возле окна, злобно хрипя и мотая из стороны в сторону бошками, будто пытаясь отыскать другой выход. Их явно разрывало от двух противоположных чувств – неудержимой жажды крови и ужаса перед невидимой преградой, погубившей их предшественников.

Раздались две коротких автоматных очереди, и оба уродца упали, получив пули в голову и верхнюю часть туловища.

Все резко стихло. После оглушительного визга уродцев тишина казалась какой-то пугающей, неестественной. Я поймал себя на том, что так и стою в напряженной позе, вытянув вперед руку. Я толком и понять-то ничего не успел – все заняло секунд пятнадцать, а то и меньше.

– Нен малис, – будничным тоном произнес Харул, шагая к окну.

«Неплохо».

Ступая осторожно, чтобы поменьше пачкаться в разбросанных под окном потрохах, он снова принялся колдовать, убирая свою ловушку.

Как он сказал? Струны…

Похоже, он натянул на пути тварей какие-то сверхтонкие и сверхпрочные нити, которые разрезали их плоть не хуже мощного лазера. Я подошел ближе, пытаясь разглядеть их получше, но он действовал быстро, и я так ничего и не увидел. Амальгамные линзы только успели сигнализировать мне об излучении радиума.

Непрост этот Полудемон. Ох, непрост…

Обезвредив свою ловушку, Жнец первым запрыгнул внутрь магазина. Через несколько секунд изнутри вдруг донесся какой-то грохот и визг ещё одной твари, резко прерванный смачным звуком рассекаемой плоти. Еще немного – и Харул, показавшись в окне, спокойно кивнул.

– Чисто.

Рус оставил половину отряда снаружи для прикрытия, сам же вслед за мной и Максом забрался через окно внутрь магазина. Залезая на подоконник, я спохватился, вспомнив про пораненную ладонь. Боли не было, но это уже не удивляло. А вот то, что порез успел полностью затянуться – приятно порадовало. Даже шрама не осталось, лишь едва заметный серебристый след – похоже, амальгама как раз заканчивала восстановление верхнего слоя кожи.

Внутри магазина стоял тяжелый неприятный запах грибницы. Мы, стараясь действовать быстро и тщательно, обыскали торговый зал. В первую очередь выбрасывали в окно упаковки с бутилированной водой, другими напитками, консервами.

С остальным дело обстояло неважно. Побеги Скверны плотно опутывали полки в колбасном и молочном отделах и даже пробили дверцы в витринах-холодильниках, где хранилось мясо и рыба. По большому счету, из еды только консервы и уцелели, да и то только те, что в крепких стеклянных и жестяных банках. Алкоголь тоже не пострадал.

– Грибница отыскивает всё, чем может подпитывать тварей, созревающих в пустулах, – пояснил Харул, отвечая на мой вопрос. – Свежая плоть и кровь для неё, конечно, желаннее всего. Но в целом она не брезгует ничем. Может и навозом питаться.

Сунувшись в подсобные и складские помещения, прилегающие к торговому залу, мы схлестнулись с ещё одной порцией тварей.