– Шесть грамм за пачку, давать?

– Да ты вообще, что ли?! Откуда такие расценки у тебя?! Махорки сыпани на пятак.

– Газету надо? – спросил он и, увидев мои сомнения, добавил: – Бесплатно.

– А, да, давай, пригодится.

– Держи, – Митюгин выложил на небольшой подоконник серебряные прутки, с десятью насечками по одному грамму на каждом, и целлофановый пакет с табаком, который предварительно взвесил.

После этого хлопнул себя по лбу, взял кусачки и ополовинил один из прутков. Я молча сгрёб добро в карман и впервые за долгое время ощутил некую уверенность. Давненько у меня там не бывало такой суммы зараз. Практически месячная зарплата Поисковика в администрации. Там, конечно, чуть больше приходило, грамм по сто пятьдесят, да и те периодически за невыполнение нормы срезали. Хотя плюсы в работе определённо были, например, продовольственные пайки, талоны на обед.

– Держи, – протянул я Боцману один пруток, где он откусил чуть больше половины.

Теперь в кармане будут болтаться два огрызка. Надо бы вообще всё в пенал для очков перекинуть, там надёжнее. А то снова придётся «рубли» из-под подкладки выковыривать, они своими острыми краями, что остаются от бокорезов, постоянно швы вскрывают.

Нас наконец пропустили на нижнюю палубу, которая расходилась в оба конца длинным коридором. Что влево, что вправо, расположились каюты, лишь в конце, в направлении кормы, расположился бар Митюгина. Средняя и шлюпочная палубы мало чем отличались, разве что качеством отделки номеров, но на средней можно неплохо прибарахлиться, пополнить запас патронов, провизии, одежды. Там, уже в носовой части, расположился основной магазин, и он принадлежал всё тому же Митюгину.

По факту, весь этот теплоход – детище троих партнёров: Боцман, Митюгин и Хлюпа. Последний, несмотря на странную кличку, считался первоклассным охотником. Пока однажды не был сожран прямо в логове.

С нас взяли плату за самое дешёвое жильё, а потому первым делом мы заняли каюту на нижней палубе и скинули вещи. Затем я оставил своих попутчиков и поднялся на второй этаж. Походя, бросил взгляд наружу, через стеклянные дверцы, там Боцман снова принимал кого-то на борт. Знакомых среди них я не обнаружил, а потому задерживаться не стал.

– Здорова, Ромирез, – поприветствовал я парнишку за прилавком. – Всё трудишься на этого жлоба?

– Можно подумать, у меня есть выбор, – усмехнулся в ответ он и отложил в сторону книгу. – Ты какими судьбами?

– Попутный ветер, – неопределённо ответил я. – Дай мне девятки ПМ с серебром, штук пять и обыкновенной пачку. Ещё рюкзак нормальный, походный и сухпайков шесть.

– А сигарет? – уточнил тот.

– Спасибо, больно ценник у вас на них слоновий, сам найду, – покачал я головой. – Ну а так чего, какие новости?

– Ой, да какие нахрен здесь новости? – отмахнулся Рома и полез собирать мне всё, что я попросил. – Хотя вот ты объявился, а пару дней назад какие-то типы странные останавливались. Вчера вечером ещё Утюг с Витьком в баре закусились, думали, на их рёв вся округа сбежится, ну ничего, вроде угомонили.

– Что на этот раз не поделили? – больше для поддержания разговора спросил я, но следом задал вопрос на тему, что действительно меня зацепила: – И почему типы странные?

– Эти-то, ой, да всё как обычно, в нарды играли, а Утюгу, сам знаешь, как везёт. Он когда вторую десятку слил, дюже разозлился…

– Представляю, – хмыкнул я и закинул пайки и патроны в новый рюкзак. – За борт хоть его не выбрасывали?

– Ха-ха, нет, на это раз обошлось, сам остыл.