– Спать иди, тебе через четыре часа меняться, – буркнул я.

– Ага, – кивнула девушка, но с места не сдвинулась, а в следующее мгновение прильнула к моим губам.

Я даже опешил от такого поворота. Не то, чтобы мне не хотелось, ещё как! Просто слишком неожиданно, без прелюдий и лишних разговоров. Плюс Макс спал здесь же, на полу и от этого стало вдвойне неудобно.

Спустя секунду я ответил на поцелуй, после чего Света тут же положила ладонь на мою ширинку. Её дыхание сразу сделалось глубже, а уж как заколотилось сердце, я ощутил, запустив руку под лиф. Или это уже моё так разогналось?

Раздеваться – это для слабаков, мы слились воедино лишь слегка освободив нужные места от одежды. Да и было бы ради чего столько возиться, ведь весь процесс занял не белее пары секунд. Света выгнулась и задрожала моментально, а я успел лишь пару раз качнуть бёдрами, словно впервые женское тело вкусил.

Девушка крепко прижалась ко мне и часто дышала прямо в ухо, и как мне показалось – улыбалась. Я в этот момент чувствовал себя неловко, будто опрофанился, словно неопытный подросток какой. А затем Света осыпала мою шею и лицо множеством коротких поцелуев и отстранилась.

– Спасибо, – с улыбкой добавила она.

– Угу, – буркнул я в ответ. – Обращайся.

– Грубый ты, Сашка, и не женственный, – усмехнулась она и ещё раз впилась в мои губы.

Сопротивляться я не стал, всё же приятное занятие. Однако внутри не возникло ничего такого, что можно было назвать чувствами. В отличие от меня, отношение Светланы, похоже, стало теплее, хотя кто его знает, может, показуха.

Странный всё же инстинкт вот это влечение партнёров, стоит получить желаемое и тут же теряется всяческий интерес к сексу, а в большинстве случаев и к объекту вожделения. И как нам теперь себя вести? Изображать семью, каковой мы не являемся, или дальше продолжать делать вид, будто мы чужие люди? Ведь, по сути, никаких договорённостей не было, да и с чего вдруг? Но с другой стороны, интимные связи вроде как сближают.

Снаружи мир окончательно погрузился во тьму. Сегодня, как специально, небо заволокло облаками, и даже звёзды не помогали рассмотреть хоть что-либо за окном в узкую щель между досок. В доме так вообще хоть глаз коли, зато слух обострился. Ему, конечно, далеко до того состояния, каким владеют слепые, но в нашем случае и этого в достатке.

Ночная тишина давит, кажется звенящей. Даже сверчки ушли на антракт, дабы насладиться покоем. Вскоре они вернутся и продолжат концерт с новыми силами, и уже не стихнут до самого восхода. Зимой такого нет, мир словно погружается в спячку, а покой нарушают разве что ночные хищники.

В последнее время они сильно распоясались, особенно волки и лисы. Людей совершенно не боятся, несмотря на то, что каждый встречный носит оружие. Природа постепенно отжимает свои владения у некогда бывшего венца творения – человека. Трава прорастает сквозь асфальт, деревья постепенно заполняют остовы домов, цепляясь корнями за битый кирпич.

Мы, разумеется, боремся за место под солнцем, но это уже жалкие крохи от былого величия. Может, и не зря многие считают уродов новым видом оружия, что создала наша планета, дабы защититься от нас. А иначе как ещё объяснить их агрессию? И при всех плюсах, какими обладают твари, размножаться они не могут – учёные несколько раз проверили. Вот только на вопросы: откуда они и что ими движет, в ответ разводили руками.

* * *

Света сменила меня на посту и я наконец смог завалиться спать. Ночь прошла без каких-либо происшествий, а пробудился я под шорох посуды и потрескивание дров в печи. За окном уже брезжил рассвет, потому девушка без зазрения совести приступила к приготовлению завтрака. Я немного понаблюдал за ней в полглаза, затем повернулся на другой бок и снова погрузился в дрёму.