Чуть поодаль кричали птицы. Они уселись возле разорванного надвое тела и клевали потроха, которые ещё ночью вывалились из верхней половины. Что уж там можно было не поделить, ведь вокруг ещё полным полно еды, однако галки сцепились между собой и нервно орали. Видимо, выясняли старшинство или действительно обнаружили нечто вкусное и его очень мало.

Я с полным отсутствием эмоций наблюдал за их действиями, временами даже дремал. Приходилось встряхивать сознание, дабы не упустить момент появления машины. Ничего такого особенного, я просто поднимался с рюкзака, на котором сидел в ожидании, и некоторое время бродил туда-сюда. Иногда снова делал попытки связаться со своими и каждый раз после этого успокаивал себя всяческими гипотезами, потому как никто не отвечал.

Но сейчас всё изменилось. Во-первых, звук работающего двигателя в навалившейся тишине слышался задолго до появления машины. Во-вторых, даже после того, как я смог удостовериться, что это не мои галлюцинации, на запрос по рации, ответа не последовало. Я даже каналами поиграл – ничего. Странно, очень, мать его, странно.

В голову стали закрадываться совсем уж нехорошие мысли и отчего-то, самой первой из них стала – свалить отсюда подальше. Вот вроде это неправильно, однако с каждой секундой это желание становилось всё сильнее.

– Сука, – выругался я и всё же поддался воле ощущений.

Свалить с поля незамеченным и думать нечего. Я пока до подлеска доскоблю, меня убьют раз двадцать, а значит, укрытие лучше всего обустроить где-нибудь поблизости. Нет, отстреливаться от нескольких здоровых, вооружённых до зубов бойцов я не собирался, разве что в самом крайнем случае. Но и забиваться в нору без запасного выхода – тупо. Закидают гранатами, и на том моё сопротивление будет сломлено.

Почему мне в голову пришла идея спрятаться в трупах товарищей – я вряд ли смогу ответить. Просто на тот момент она показалась наиболее здравой. А потому я бросил рюкзак в окоп, часть которого всё же продолжала существовать, рацию оставил возле дороги, а сам залез под одно тело и с большим трудом накрылся вторым. На всякий случай взял с собой пистолет, рукоять которого я сейчас и сжимал, до побелевших пальцев. Успокоиться не получалось, а когда появилась машина, нервное напряжение поглотило меня окончательно.

Обыкновенный УАЗ с чёрными номерами, медленно полз по асфальту, а рядом с ним шли два вооружённых человека. Одеты по полной выкладке, броники, каски, всё как положено, головами крутят на триста шестьдесят. Оно и понятно, меня высматривают.

– Да нет его здесь, съебался поди давно! – крикнул в приоткрытое окно один из них.

С моей позиции было прекрасно слышно каждое слово, однако ответ начальства я не разобрал.

– Есть продолжать поиск! – несколько раздражённо ответил боец.

– Нашёл, – внезапно добавил второй, и моё сердце ушло в пятки.

– Тьфу ты, ёб твою мать! – выругался первый, когда напарник продемонстрировал ему рацию. – Тащ майор, я же говорил что нет его здесь, вон, даже рацию скинул, видимо, догадался.

– Догадался он, – из Уаза выбрался ещё один человек, судя по всему, командир операции. – А если он на наших выйдет, вы хоть представляете, что может случиться? Мы Татарина едва успели заткнуть! Нельзя рисковать, ищите.

– Николай Саныч, да ладно, чё будет-то? Ему же на любом блокпосту сразу ласты завернут, да и вряд ли он с ранением до заката далеко свалить успеет, а нам ещё назад пилить, – продолжил канючить первый.