— Итак, — сказала Анни, снова пытаясь сосредоточиться, — вы проснулись…

— Нет, еще до этого. — Сюзанна Перри поставила чашку с остатками кофе на ближайшую полку, но по-прежнему не отрывала от нее глаз, словно это был талисман, создающий невидимую защитную ауру. — Еще когда я спала… Мне кажется, я чувствовала… что в комнате кто-то был.

— Пока вы спали?

— Я не знаю… Я думаю, что я спала. Но потом… потом… я почувствовала это…

— Это?

— Его. Я чувствовала его. Его руки на мне, его…

Ее передернуло.

Анни терпеливо ждала.

— И еще я не могла… не могла пошевелиться…

Она снова вздрогнула. Анни боялась, что Сюзанна опять может расплакаться, — это было уже дважды — и поторопилась помочь ей.

— Вы почувствовали на себе его руки.

Сюзанна согласно кивнула.

— Вы помните, в каком именно месте?

Сюзанна опустила глаза в пол, щеки ее покраснели.

Анни должна была осторожно подбирать слова. Наносящие психологическую травму переживания часто приводят к тому, что жертва начинает домысливать детали. И она не хотела сказать что-то такое, что потом, в суде, можно было бы рассматривать как наводящий вопрос.

— Где именно он прикасался к вам, Сюзанна?

Сюзанна еще больше отвернулась в сторону и испуганно зажмурилась, словно ожидая удара.

— Сюзанна!

В голосе Анни снова зазвучал металл.

Голова Сюзанны резко повернулась к ней. Завладев ее вниманием, Анни снова заговорила тихо и спокойно:

— Сюзанна, где он прикасался к вам?

Сюзанна еще раз закрыла глаза, ее нижняя губа задрожала.

— Он… он задрал мою футболку… Я не могла остановить его, я… — Опять полились слезы. — И… и он…

Анни откинулась назад.

— О’кей, о’кей… — Теперь ее голос звучал успокаивающе. — Оставим это пока. — Анни подождала, пока Сюзанна возьмет себя в руки. — Вы сказали, что он говорил с вами. Вы не запомнили, что это были за слова?

Сюзанна покачала головой.

— А как он выглядел? Можете его описать?

Она опять отрицательно покачала головой.

— Просто… какая-то бесформенная тень. И эти глаза, горящие, внимательные… как… как глаза сатаны… И его руки, касающиеся меня. И я не могу пошевелиться…

Анни больше не упирала на подробности. Она решила двигаться дальше.

— А затем вы проснулись, да?

Сюзанна кивнула.

— Да. И потом…

Ее голова снова опустилась.

Анни внимательно смотрела на Сюзанну. Изучала ее. И ее не оставляло какое-то беспокойство.

— Жалюзи были закрыты или открыты?

— Открыты. Поэтому я и увидела эту фотографию.

— Перед этим вы сказали, что любите, когда в спальне темно. Могло так получиться, что вы сами оставили их открытыми?

Сюзанна покачала головой.

— Я очень чутко сплю. Мне необходимо, чтобы в комнате было как можно темнее. В особенности летом…

Ее голос замер.

— Значит, сами вы открыть жалюзи не могли?

— Нет. Я никогда не открываю их, — с нажимом сказала она.

— А вы не открываете окно, когда ложитесь спать? Когда на улице тепло?

— Нет.