– Вот по поводу времени ты точно подметил, только тратить мы его здесь не станем. Уходим.

Я взялся за рацию и вызвал Харю. Не успели мы выбраться из здания кинотеатра, как он подъехал. Видимо, находился где-то недалеко. В данный момент он отстукивал дворники, которые забило мокрым снегом. Погода ухудшалась с каждой минутой. Мало того, что белые хлопья вновь посыпались с неба, до кучи усилился ветер. Видимость упала, и уже на расстоянии в десять метров с трудом удавалось рассмотреть очертания зданий.

– Удачно? – сухо поинтересовался Харя, когда мы подошли к машине.

– Да какое там… – отмахнулся я.

– Это хорошо, – кивнул тот. – Уходить нужно, иначе мы здесь застрянем. Дорога и так не фонтан, а ещё метель поднялась.

– Мы же на вездеходе, – подковырнул его Клей.

Харя просто покосился на него, но отвечать ничего не стал.

* * *

Машина мерно месила колёсами снег. Иногда на поворотах её слегка заносило в сторону, но Харя умело выравнивал курс. Лицо напряжено, взгляд сосредоточен, на любые вопросы отвечает односложно. Остальные, впрочем, тоже далеки от весёлого настроения, даже Хан. Пёс, словно чувствует общий настрой: то ляжет, то сядет, то немного пройдётся по салону, не забывая жалобно поскуливать.

Нервное напряжение нарастало и не только из-за отвратительной погоды. Появилось стойкое ощущение надвигающихся неприятностей, будто кто-то очень пристально смотрит в спину. Первым не выдержал Грог.

– Останови машину, – сухо попросил он.

– Можем встрять и так постоянно буксуем, – предупредил Харя.

– Если не остановишь, можем сдохнуть, чуйка у меня обострилась, – прокомментировал своё состояние напарник.

Этого оказалось достаточно, чтобы водитель вдавил педаль тормоза. Шутить с такими вещами никто просто так не станет, если он, конечно, не полный идиот, а Грог таковым не является. К тому же это не раз выручало нас в подобных ситуациях, взять хоть случай с заминированным мостом.

Как только УАЗ замер, мы без лишних вопросов высыпались на улицу. Ветер швырнул в лицо хорошую пригоршню снега, а ноги сразу погрузились в него практически по колено. Мы ощетинились стволами и пристально всматривались в белую пелену.

– Нихера не видно, – озвучил общие мысли Клей.

– Давай тройками вдоль зданий: Грог, Клей, Харя слева, остальные со мной. Макс, держись ближе.

– Принял, – коротко ответил тот, после чего мы, утопая в сугробах, разошлись в стороны.

Несмотря на высокие и плотно зашнурованные ботинки, снег всё равно проникал внутрь, неприятно обжигая холодом лодыжки. Но мы упорно пёрли вперёд, естественно, ни на мгновение не забывая об осторожности. В голове постоянно пульсировала мысль: «Не нарваться бы на какую-нибудь растяжку». В таких сугробах попросту не заметишь, как высвободится чека, а взрывной силе плевать на снег, осколками посечёт только так. Одновременно приходилось проверять здания, точнее, заглядывать в окна и приоткрытые двери. Но всюду обнаруживались лишь пустота и забвение.

Хорошо, что сейчас день и уродов можно не бояться, а значит, наши враги на данный момент – люди. Может быть, банда, а может, такие же, как и мы – залётные искатели приключений. Но в таком случае, почему так сильно взбунтовались предчувствия? Словно на нас целенаправленно открыли охоту, и это уже мало походит на случайную встречу. Напряжение настолько сильное, что несмотря на холод, вдоль позвоночника постоянно скатываются струйки пота. Дыхание частое, сердце молотит, гулко отдаваясь в висках, а палец на крючке то и дело вздрагивает от каждого шороха или завывания ветра.