Вдруг впереди что-то мелькнуло, словно тень от пролетающего объекта, и этого хватило, чтобы треск очередей разорвал тишину. Надо признать, что мои нервы тоже сдали и я, вместе со всеми полосонул короткой очередью в пустоту. И это определённо не было галлюцинацией, потому как с противоположной стороны улицы, тоже открыли огонь.

Все мы не первый день носим оружие и даже в этой, достаточно нервной ситуации, никто не стал паниковать. Огневой контакт был короткий, продлился едва секунду, люди грамотно распределились, замыкающий каждой группы занял позицию в помещении. Однако цель мы не поразили, и это было очевидно – стреляли больше наугад, на движение. Теперь же мозг переключился и начал анализировать произошедшее.

Изначально мне показалось, будто тень отбросил пролетающий объект, что в принципе невозможно. Ведь нельзя летать и не производить при этом никакого шума, разве что зверь какой, но уж больно огромный – с человеческий рост, даже немногим больше. Кто это мог быть: тигр, лев, медведь, сбежавшие из зоопарка? Нет, последний точно отпадает, ни разу не слышал, чтобы они так скакали. Возможно, лось – эти порой такие трюки исполняют, словно им совершенно плевать на законы физики.

А дальше начало твориться нечто невероятное, будто нас забросило в фантастический фильм.

Снег посреди дороги взорвался. В воздух поднялась белая пелена, за которой невозможно было рассмотреть хоть что-либо. Вот только никакого шума, будто он сам по себе вдруг решил отпрыгнуть в стороны. Пару мгновений мы пристально всматривались в снежную стену, с которой даже ветер справился далеко не сразу. А когда его более или менее утянуло дальше по улице, мы обнаружили в том месте тёмный человеческий силуэт. Ну а большего и не требовалось.

Стрельба эхом покатилась по заброшенным городским переулкам, стократно отражаясь от стен. Я лично всадил в силуэт три коротких очереди и с расстояния в тридцать метров просто не мог промахнуться. Однако человек словно ничего не почувствовал и медленной походкой направился в нашу сторону. С каждым шагом его удавалось рассмотреть всё лучше. Вскоре уже не осталось никаких сомнений – Гонщик. Тот самый загадочный тип, о котором упоминал Татарин, а заодно и Старый. Но почему его пули не берут? Да кто он, мать его, вообще такой?! Терминатор, что ли?!

И пока эти мысли нескончаемым потоком неслись в голове, человек, в действительно странном костюме, приступил к действию. Он резко выбросил руку в сторону моих друзей, что продолжали поливать его серебром с противоположной стороны улицы, и я отчётливо увидел, как от кисти отделилось нечто. Будто прозрачный пузырь метнулся к ребятам. Не будь сейчас метели, я, возможно, ничего бы и не заметил, но именно снег позволил рассмотреть это. Пузырь достиг цели, и снова произошло нечто похожее на взрыв. Белая пелена перекрыла видимость, а когда ветер развеял её, тройка бойцов, включая Хана, распластались в сугробе без движения.

Я не знал, живы они или нет, но одно понимал точно: пули этого типа не берут, а значит, нам остаётся единственное верное решение – бежать.

– Уходим, – крикнул я, и мы рванули в ближайшее здание.

На всякий случай я оставил в дверях гранату, естественно, без чеки. Мы как раз успели вынырнуть из разбитых окон с противоположной стороны, когда прогремел взрыв. И снова, ни я, ни Макс с Бизоном, не могли с уверенностью сказать, причинило ли это Гонщику хоть какой-то вред.

Бегать по сугробам, глубина которых достигает порой полуметра – то ещё удовольствие. Дыхание сбилось сразу, воздух с надрывом влетал в лёгкие, и вперёд продвигались мы на чистом адреналине.

– Туда, – махнул я рукой на двухэтажный дом. – Нужно наших проверить.

Никто не стал оспаривать решение, и в дом мы ввалились практически одновременно. Узкий коридор, дверь, какое-то торговое помещение, заваленное грязным тряпьём, в котором путались ноги и снова в окно.