Я бы очень хотел сейчас пойти в комендатуру и заняться любыми текущими вопросами, лишь бы отсрочить этот разговор. Однако понимал, что он всё равно состоится и будет в разы хуже, если девушка узнает о пропаже сына от кого-то другого. Я брёл домой почти десять минут, хотя квартира находилась буквально в нескольких метрах от входа в крепость. Выкурил три сигареты подряд, до последнего оттягивая неприятный момент.

– Вернулись? – спросила девушка из кухни, с которой доносился сказочный аромат еды. – Не поняла, а где Макс? Ты что, опять его гулять на голодный живот отпустил?!

Я молча смотрел на неё и просто не знал с чего начать. Как обычно говорят матерям, что их сын похищен, находится в заложниках и даже близко непонятно, вернут его живым, или нет? Что люди делают в таких ситуациях? За то время, пока я шёл от машины до дома, раз сто перебрал все возможные варианты, но сейчас они казались полным бредом. Я просто стоял и чувствовал себя полным дерьмом.

– Что случилось? – Света мгновенно изменилась в лице, стоило ей бросить на меня мимолётный взгляд. – Отвечай, Морзе, что случилось, скотина!

Она и рта не дала мне открыть, как залепила тряпкой по морде, а следом, набросилась на меня с кулаками. Я терпел, даже не думал сопротивляться. Иногда было больно, иногда не очень, однако это лучше чем слова, чем этот взгляд, полный ненависти и презрения. Пусть бьёт – таким образом она гораздо быстрее выплеснет злость.

Так и случилось. Девушка вскоре устала, удары стали вялыми и практически безболезненными. Света отстранилась, упёрлась спиной в стену, сползла по ней на пол и зарыдала, спрятав лицо в руках. А я всё стоял, не в силах подобрать слова, чтобы начать беседу или хоть как-то попытаться её успокоить. Может, всё было бы гораздо проще, знай я, где сейчас Макс, но я даже не имел ни малейшего понятия что с ним. Жив ли он, как себя чувствует? А стоило вспомнить, как он слепо подчинился и с каменным лицом ушёл со странным незнакомцем, в горле образовался неприятный ком. И что я мог ей сказать, чем успокоить?

– Где его тело? – глухо спросила Светка, а я вздрогнул от неожиданности.

– Он живой, Свет, – осторожно ответил я. – Его похитили.

– Как ты мог это допустить? Ты обещал мне!

– Свет…

– Что Свет?! Что?!

– Я виноват, да, но его можно вытащить.

– Тогда почему ты здесь? Хули ты встал?! Иди и вытаскивай! Делай уже что-нибудь.

– Прости, я, правда, ничего не мог сделать, он сам пошёл, понимаешь? Как будто его загипнотизировали. Я даже понять ничего не успел, как они исчезли.

– Мне плевать, Морзе, верни моего сына. Делай что-нибудь, но верни его. Если от меня хоть что-то зависит, скажи, я всё сделаю, только скажи, Саш.

Я молча кивнул, подошёл к ней и погладил по волосам. К моему удивлению, она не скинула руку, не отстранилась и даже вновь не набросилась с кулаками. Девушка поднялась с пола, обняла меня и уткнулась носом в плечо, после чего вновь затряслась всем телом.

Странно, но мне отчего-то стало даже легче. По крайней мере, ушёл мрак из души, словно упал невидимый, но очень тяжкий груз. Его место заняли другие эмоции и в первую очередь злость, захотелось, во что бы то ни стало отыскать ублюдка и разбить ему голову. Правда, я и близко не понимал, как это сделать. Не то что победить, но даже с чего начинать поиски.

Одно ясно наверняка: ему нужен Лёха, и я способен его заманить в Елатьму. Подставлять друга не хочется, к тому же от него немало зависит исход нашей войны с уродами. Да и кем я буду? После такого поступка сам себя уважать перестану.