Глава 15. Сражение

Мы едва успели приступить к изучению плана защиты, когда прозвучала первая, тяжёлая очередь из пулемёта. Следом, где-то в черте города прогремел взрыв – работало что-то крупнокалиберное. Не удивлюсь, если уроды подогнали пару танков. Наши довольно хорошо проредили их количество, не менее десятка остовов обнаружилось нами недалеко от Смоленской крепости, да и под Кировом тоже.

Однако вчерашней ночью мимо нас проследовала неслабая колонна с подкреплением, а Витебск выглядел довольно потрёпанно. Свежая кладка, которой наспех заделали бреши в стенах, особой надёжности не вызывала. Сомневаюсь, что на такой погоде цемент успел нормально встать. Одно точное попадание, и всё снова рухнет, освобождая проход. Множество зданий внутри сильно пострадали и это лишь навскидку только то, что мы успели заметить, походя.

Командующий стоял с бумажкой в руках и зачитывал нам всевозможные плюсы в обороне, пока мы жевали холодную тушёнку вприкуску с галетами из сухого пайка, не стесняясь прихлёбывать горячим, приторно сладким чаем. То ещё сочетание, конечно, но жрать хотелось, а всухомятку еда никак не желала проваливаться в желудок.

– Да, да, вы молодцы, – бесцеремонно прервал я доклад, – но меня интересуют слабые места.

– Мы приняли их во внимание ещё в момент первой атаки, усилили укрепления мешками с песком…

– Я понял, – поднял я руку в останавливающем жесте. – Какие недочёты остались, вы просто физически не могли охватить весь периметр и восстановить разрушения.

– На западной стене, со стороны железной дороги. Там очень плотная складская застройка и есть возможность близко подобраться к стене. Выродки уже третью ночь плотно простреливают позиции снайперским огнём, плюс выставляют несколько миномётных точек. Со стороны реки, с востока, плотный огонь артиллерии, но нам никак не удаётся вычислить, где именно расположилась батарея. Такое ощущение, что они её постоянно перемещают.

– Ничего удивительного, – усмехнулся Клей. – Нужно быть полным дебилом, чтобы оставаться на месте, рискуя потерять орудия.

– Связь с центром есть? – поинтересовался я.

– Да, поддерживаем постоянно. Нам обещали поставить боеприпасы ещё вчера, но что-то там не срослось. Очень быстро расходуется крупный калибр и мины, нам почти нечем отвечать.

– Авиацию запрашивали?

– Да кто нам её даст?! Вертушек практически не осталось, реактивными самолётами некому управлять, никто не станет ими рисковать.

– То есть людьми можно? – ухмыльнулся Клей.

– Выходит, что так, – пожал плечами командующий.

– Ладно, Грог, дуй на южную стену, прикинь, что там можно сделать. Клей, ты на восток. Артиллерист из тебя, конечно, никакой, но может, придумаешь чего. Комната связи где?

– Здесь же, в подвале, мы ещё за неделю до атаки всё перенесли. Там старые укрепления, ещё со времён второй мировой остались…

– Веди, – я поднялся с места.

Под бесконечные звуки стрельбы и разрывы снарядов, мы прошли по узкому коридору с частыми поворотами, где в самом конце обнаружилась точка связи. Помещение нечета тому, что занимал Татарин в Елатьме. Узенькое, тёмное, в воздухе висела ощутимая влажность. Его, похоже, не отапливали, плюсовая температура здесь держалась естественным образом из-за расположения ниже глубины промерзания. Я едва втиснулся внутрь. О том, чтобы разместиться здесь втроём, не могло быть и речи.

– Как звать? – спросил я радиста.

– Морзе, – ответил тот.

– Иди ты?! – я едва сдержался, чтобы не расхохотаться.