У Джейсона имелись и другие причины жениться на ней, не менее могущественные, чем желание владеть «Карлин лайн». Прежде всего он дал обещание Барроузу позаботиться о ее будущем, а кроме того, ему необходим наследник.

Всех этих целей он мог добиться, лишь официально женившись, но тут то и крылась загвоздка. В бумагах, которые Джейсон показывал ей, значилось имя Андреа Карлин, и Лорен, успевшая к тому времени достаточно узнать мужа, понимала, что он был слишком умен, чтобы допустить столь серьезную промашку.

Как бы то ни было, она уже окончательно похоронила надежду возвратить себе любовь Джейсона. Он был прав, размышляла Лорен, вспоминая их последний разговор. Та женщина, которой она была совсем недавно, действительно позволила страху управлять своей жизнью. Она боялась по настоящему полюбить своего избранника, она боялась участи своей несчастной матери.

Лорен принялась шаг за шагом вспоминать, как складывались их отношения с Джейсоном. Недаром ей казалось, что он может читать ее мысли, что ждет от нее какого то определенного ответа. Он действительно ждал. Теперь она понимала, как Джейсон был терпелив, надеясь, что она сделает первый шаг.

Дни выздоровления тянулись мучительно долго. Лорен много думала, перебирая в памяти прошлое, и в конце концов у нее созрело вполне определенное решение. Чтобы получить хотя бы малейший шанс вновь заслужить любовь Джейсона, она прежде всего должна преодолеть свой страх, который коренился в давней ее фобии. Придя к такому заключению, Лорен решила отправиться в Карлин Хаус, вместо того чтобы возвратиться в Лондон или переселиться в Эффинг Холл в Кенте, как предполагал Джейсон.

Все это расстроило леди Агату. Пожилая дама была уже готова поздравить себя с успешным выздоровлением больной, вверенной ее заботам, и с завершением всей этой неприятной истории. Однако, услышав о планах Лорен, она заявила, что ее никакими силами не удастся затащить в Богом забытый Корнуолл, а одна Лорен не может ехать ни в коем случае.

– И тем не менее я должна туда поехать, тетя. – Тон Лорен выражал непоколебимую решимость. – Моя сестра так и не была похоронена по человечески; я обязана это исправить.

«И сделать еще кое что», – добавила она про себя, не желая понапрасну тревожить почтенную матрону.

В итоге все увещевания, протесты и угрозы со стороны леди Агаты оказались тщетны. Лорен продолжала упорствовать и, как только почувствовала себя достаточно окрепшей, отправилась в дорогу в сопровождении упиравшейся до последнего тетки и Молли.

Приезд в Карлин Хаус оказался для Лорен нелегким испытанием. У нее было такое ощущение, словно она прямиком вернулась в свой неотвязный кошмар. Годы не стерли ее ненависти к этому месту, да и само поместье мало изменилось за прошедшие пять лет. Хотя мебель здесь по прежнему пылилась в чехлах, а окрестности выглядели донельзя запущенными, пожилая пара, присматривавшая за домом все это время, сумела сохранить его в неплохом состоянии. Предупрежденные заранее о прибытии леди Эффинг, добросовестные смотрители приготовили для нее несколько спален, однако Лорен отказалась от них, попросив устроить ее в той самой комнате, которую она занимала прежде, – так она рассчитывала максимально ужесточить условия своего эксперимента.

Поскольку они прибыли в Карлин Хаус поздно вечером, Лорен не успела сразу привести разработанный ею план в действие, однако, ложась спать, она дала себе слово, что утром первым делом отправится на кладбище.

В сложившихся обстоятельствах не было ничего удивительного в том, что ночью ей снова приснился давний кошмар. На этот раз сон был на редкость отчетлив. Женщина, та же, что и прежде, отчаянно кричала, мужчина зло смеялся и держал в руке что то темное и длинное. Когда он направился к Лорен, она услышала истошный вопль: «Беги!..»

Мужчина все еще преследовал ее, когда Лорен проснулась от собственного крика, дрожа от страха и отчаянно жалея, что рядом нет Улисса.