— Ты хочешь найти его, медовая? — Мастер с интересом следил за тем, как неуверенно девушка осматривалась в довольно просторном помещении, так и не открывая глаз. Очевидно, прислушиваясь к тому зову, который затрагивал ее силу.

— А ты позволишь? — Лили обернулась к Тео, словно имела сомнения в его ответе.

Теодорус усмехнулся, ловя рукой ее запястье, и прижался губами к размеренно бьющейся после сна жилке, чуть царапая клыками чувствительную точку.

— Ты можешь просто уничтожить здесь все, не оставляя камня на камне, лишь бы это доставило тебе удовольствие, сладкая. Твоей силы вполне на это хватит, моя Лилия. — Теодорус откинулся на стену, наблюдая за тем, что она собирается делать дальше. — И уж тем более, ты можешь взять здесь любой булыжник.

— Это не булыжник, Тео. — На лице девушки появилось веселое выражение, а внутри… он ощутил, насколько ей приятно то, что Мастер готов ей позволить все, что угодно. — И то, что ты не ощущаешь его силы, не значит, что ее нельзя использовать.

— А ты убеди меня, медовая. — Тео ощутил, как на его губах расплывается усмешка. О, он был доволен тем, что что-то вызвало ее интерес.

Лилиана усмехнулась в ответ на его вызов, и сделала шаг между сундучками и ларчиками, откинутые крышки которых демонстрировали содержимое, отбрасывая на стены миллионы пестрых отблесков.

Теодорус не имел не малейшего представления о том, как именно она собирается найти один единственный камень в этой комнате, под завязку набитую кристаллами. Но он с удовольствием узнавал все о ней, и потому, с интересом наблюдал, как девушка, не подозревая об опасениях вампира, довольно успешно ориентируется в совершенно незнакомой обстановке. Тео старался помогать ей, следя за поворотами головы Лилии, давая ей возможность увидеть хоть какую-то часть. Хоть и не был уверен, что она опирается в своих поисках на это видение, а не на то, что чувствовала сама.

Через пять минут, Лилиана остановилась у какого-то сундучка, и присела на пол, погружая пальцы в камни, наполняющие его. Теодорусу надоело быть без нее и, не имея желания более терпеть пустоту, вампир подошел к Лили, опускаясь рядом, обнимая ее со спины.

— Обнаружила свой камень, медовая? — Мастер наклонился, начиная целовать шею девушки, не заботясь о том, что вероятно, отвлекает ту от поисков.

И не смог сдержаться, когда она чуть откинулась на него, запрокидывая голову. Теодорус зарычал, ощущая, как его клыки погружаются в тело Лилии, а она тихо, сладко стонет от этого ощущения, лишь сильнее прижимаясь к вампиру. Он глотал ее желанную кровь, теряя понятие о месте и времени. Забывая о том, что не должен брать больше, чтобы не сорвать процесс, пуская ее по неконтролируемому и неизвестному пути перерождения. Но осознавая это, с удивлением понял, что уже прижимает девушку к полу, накрывая ее своим телом, так и не размыкая клыков на шее. Слишком сильным было искушение. Слишком ярким был ее ответ, когда Лилия, так беззастенчиво вжималась в его тело, почти умоляя ее взять прямо здесь. Он слышал, как страсть несется под ее кожей, распространяя огонь по крови, которую вампир так жадно глотал.

Но ей был нужен отдых. Это было важней.

— Так как твои поиски, медовая? — Хрипло проурчал вампир, не в силах оторваться от кожи Лилии, снова и снова покрывая порхающими поцелуями ее шею, заглаживая ранки языком.

Она застонала, и он засмеялся, слыша в этом стоне недовольство тем, что мужчина остановился. Возмущение тем, что он позволил себе прекратить.

— Тебе нужен отдых, Лилия. — Теодорус шептал это ей в ушко, чувствуя, как дрожью отдается каждое его слово в теле Лили, распростертой под ним. — Так что там с твоим камнем?

Вместо ответа, с трудом переводя дыхание, так, словно ей сложно было вернуть себе разум и внятную речь, девушка раскрыла сжатую ладонь, демонстрируя вампиру довольно крупный алмаз, сверкающий гранями, вставленный в оправу из потемневшего золота.