Максимилиан глухо зарычал, и Грегори почувствовал, как от друга расходятся волны силы при этом имени. А чтоб его! Он был согласен с ним в такой реакции. С той самой минуты, как понял, что Древнего интересует и Каталина — Грегори имел в этом деле не только дружеский, но кровный интерес. В самом прямом значении этого слова.

Понимающе посмотрев на Макса, Михаэль повернулся к брату.

— Сколько времени у Каталины?

— Не думаю, что больше восьми часов, — сжимая кулаки, недовольно произнес он, все еще опасаясь, что они могут не успеть. Грегори игнорировал разумные доводы. Просто хотел быть с ней, когда это начнется. Поддерживать, обнимать, укачивать Катти в своих объятиях…

— Грег, — Михаэль положил руку на плечо брата, привлекая его внимание. — Мы вернемся гораздо раньше, я гарантирую.

Он мог только оскалится. Честно, Грегори это не устраивало.

— Я понимаю, ты же знаешь, — Михаэль ни капли не смутился такой реакции брата. — Мы оба знаем, насколько сложно уйти. Но Каталины это касается в такой же мере, как Рины или Элен, — Мастер не обернулся на усиливающееся рычание со стороны Макса, продолжая убеждать Грегори. — Мы должны все выяснить. И для этого, Сирина должна изучить то, что появляется, когда все четыре девушки собираются вместе.

— Почему ты считаешь, что Теодорус захочет привести свою девушку? — Грег скептично поджал губы, все еще не позволяя себе отступить в этом споре, хоть и он, и Михаэль, и Макс знали, что ни у кого из них не было выбора.

— Для этого мы и идем к нему, — Михаэль криво усмехнулся, впервые за это время, позволяя другу увидеть, чего ему самому стоит удаление от любимой. Багровые всполохи взметнулись в темных глазах Мастера, и ветер ворвался в окно, штормовым порывом проносясь по комнате, в которой сидело трое вампиров. — Уверен, что он прислушается к нашим доводам.

Максимилиан резко поднялся с кресла, на котором сидел все это время, и приблизился к друзьям.

— Может, закончим болтовню, и уже двинемся? — голос светловолосого вампира прерывался рыком, и от этого еще менее походил на звуки, издаваемые разумным существом, чем когда-либо.

Это заставило Грегори унять собственное недовольство, смиряя с необходимостью уйти. Он кивнул, показывая, что готов.

Силуэты вампиров растворились во тьме комнаты, следуя за Максом, которому сознание Элен показывало дорогу.

— Глава 7

— Лина, — Алек дернулся, пытаясь вырваться из ее рук, на что Каталина только фыркнула, — больно же!

— Ничего, потерпишь. Не маленький, — она оставила в покое края раны, которые ощупывала, пытаясь определить, нет ли нагноения, и осмотрелась, раздумывая. К счастью, воспаление, хоть и имело место, но судя по всему, только начиналось, и состояние Алекса не было критическим. Теперь надо было найти воду и кусочек ткани, чтобы промыть ранение. Так как этим, определенно, никто из мужчин не озаботился.

Лина еще раз фыркнула, раздраженная подобной небрежностью, и подошла к столу, где стоял какой-то кувшин, и накрытая тарелка. Она решила не обращать внимания на продолжающееся ворчание друга, только удивилась, кому он с таким упорством мог звонить, и заглянула в кувшин. К ее радости, там оказалась вода. И пусть жидкость не была горячей, что было бы предпочтительней в данной ситуации, по крайней мере, та была чистой. Значит, ей удастся смыть грязь и кровь, которые превратили шевелюру напарника в сплошную корку.

Игнорируя то, что жажда мучила ее саму все сильнее, так как понимала, что вода, навряд ли, сможет помочь, Лина взяла льняную салфетку, которая лежала рядом с тарелками, и, смочив водой из кувшина, вернулась к Алексу.