Это уже имело смысл.

— Там обязательно должно что-то быть.

— Может и так.

Джози хмуро взглянула на Нитро:

— Но он ведь просил меня прочесть их.

Выражение лица Даниэля сделало бы честь любому из его гордых предков — вождей.

— Возможно, он хотел, чтобы ты узнала из них кое-что другое.

— Что, например?

— Почему он тебя так воспитывал.

Девушку охватило такое напряжение, что даже мышцы между лопатками заболели.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты же не думаешь, что у каждого отца в порядке вещей подобные методы воспитания? Когда маленьких девочек учат драться прежде, чем те достаточно подрастут, чтобы научиться читать.

— Я научилась читать, когда мне было пять лет.

— А в шесть ты уже познакомилась со своим первым автоматическим оружием.

— Просто у отца такие методы. Но он никогда не подвергал меня опасности.

— Я знаю, но все равно это не совсем нормально, Джозетта.

Девушка не знала, почему Даниэль упорно продолжал называть ее полным именем. Это создавало некое подобие интимности, ощущение особой близости между ними. Хотя Джози была уверена, что Даниэль так поступает ненамеренно.

— Он был хорошим отцом, а не сумасшедшим.

— Ты права. Но вот параноиком Тайлер точно был.

— Не критикуй папу! У него были на то свои причины. А я-то думала, ты хочешь стать его партнером.

— Я и стал им, потому что уважаю Тайлера. Но никто не совершенен, дорогая моя.

Дорогая? Джози залилась румянцем до самых корней волос.

— Я этого и не говорила.

— И да, он не был сумасшедшим. Почитай его дневники.

— Я это и планировала.

— Я имел в виду ранние записи.

— Но если они не помогут найти вероятных преступников, мы просто грубо посягнем на частную жизнь.

У отца на сей счет имелся своего рода пунктик.

— Он просил тебя прочитать их, Джозетта, и, по-моему, это не имело никакого отношения к разнесенному в пух и прах лагерю.

— В этом нет никакого смысла. В личных отношениях мы можем разобраться в любое время.

— Не забывай, что его мысли и воспоминания находились в полном беспорядке. Поэтому он прежде всего позаботился о том, что считал самым важным в жизни. Так сказать, расставил приоритеты.

Нитро считал, что приоритетом являлась как раз сама Джози. Задумчиво покусывая нижнюю губу, девушка молчала, пока они не дошли до развилки.

— Тут налево. К пруду с утками — по этой дорожке.

Он свернул, не говоря ни слова.

— Сколько отцовских дневников ты уже прочел?

— Достаточно.

Нитро размышлял, стоит ли теперь считать ее странной? Очень мало людей знали о ее специфичном воспитании, но сама Джози давно поняла, что оно сделало ее непохожей на других. Она, конечно, задалась целью кое-что изменить, но, возможно, ей это так никогда и не удастся.

Джози, вздыхая, рассматривала появившийся в поле зрения, пруд, только чтобы не смотреть на Даниэля.

— Джозетта, нам нужно поговорить.

— Я думала, мы уже разговариваем.

— Я имею в виду о нас.

— О нас? — переспросила она еле слышно.

— То, что произошло в гостиной, не должно повториться.

— Не могу тебе этого обещать.

Временами он становился довольно докучливым парнем и доставал ее, как никто другой.

Джози не была уверена, что рядом с ним всегда сможет держать свой норов под контролем.