— Ты говорил, нет других женщин…

— Да.

— Ты хочешь сказать, что другие женщины не возбуждают тебя так же часто, как я? — Ей с трудом верилось, что она решилась об этом спросить.

— Другие женщины в данный момент меня вообще не возбуждают.

В полном шоке Джози резко вскинула голову:

— Врешь!

Мужчина резко развернулся, оказавшись прямо перед ней. Он не отводил от нее твердого и решительного взгляда, на посуровевшем лице заходили желваки, смуглая кожа плотно обтянула скулы, а глаза стали почти черными. Напряженное молчание лишало девушку присутствия духа, но она не знала, как нарушить его.

Она вообще не понимала, как возможно то, о чем он говорил.

После нескольких секунд безмолвия Нитро потянулся к ней и бережно заключил ее затылок в колыбель больших ладоней. От легкого прикосновения к коже Джози ощутила дурманящий жар.

— Я когда-нибудь обманывал?

— Нет.

— Преувеличивал?

— Нет.

— Тебе это ни о чем не говорит?

«Невероятно!»

— Ты не хочешь других женщин.

— Да. — Выглядел он при этом не особенно счастливым.

— И тебя это не радует.

Джози ощущала пристальный взгляд карих глаз так, словно Даниэль прикасался к потаенным местечкам в ее теле, о существовании которых она до сих пор даже и не подозревала.

— Когда желаешь единственную женщину, которая не хочет тебя, это невыносимо и для мужского либидо, и для самолюбия, не говоря уже о настроении.

— Но это совсем не так. Я тоже хочу тебя, — невольно сболтнула Джози.

Даниэль прищурился, продолжая пристально всматриваться в нее.

— Именно поэтому ты подскакиваешь, чуть ли не на десять футов каждый раз, когда я прикасаюсь к тебе или просто достаточно близко подхожу.

— Я не подскакиваю на десять футов.

— Но ты всегда сбегаешь. И очень быстро.

— Да, потому что…

— Потому что, что?

— Ты заставляешь меня нервничать.

Его лицо теперь казалось высеченным из камня.

— Ты меня боишься?

— Н-нет, точно нет.

— Что значит это твое «точно»?

— Я нервничаю, когда ты рядом, будто приняла слишком много кофеина на пустой желудок. Это раздражает меня.

— Раздражает или возбуждает?

— Я не знаю.

— Неужели?

Девушка не могла произнести ни слова. Ощущение было такое, словно ей сдавили горло, лишая возможности издать хоть звук.

— А сейчас ты не подскакиваешь.

Джози попыталась откашляться.

— Но ты же меня держишь.

— Однажды я уже держал тебя так.

Она помнила. Ей потребовалась вся сила воли, чтобы обсуждать их фальшивое объятие, призванное лишь обеспечить достоверность прикрытию.

— Это же было нужно для маскировки — обычная военная хитрость.

— Так ли?

«О господи… что, если я ошибалась?»

— Я… я считала, что именно для этого.

Глава 5

Даниэль пристально посмотрел на Джози, пытаясь понять, как же все-таки устроены ее мозги и и с сожалением вынужден был себе признаться, что до сих пор не слишком-то в этом преуспел.

— Ты, правда, так наивна?

— Я совсем не так наивна, как тебе кажется. Всю свою жизнь я провела среди военных. И с избытком наслушалось такого, отчего у большинства женщин, образно выражаясь, завяли бы уши.

Даниэль всерьез задумался, а понимала ли она смысл того, что ей доводилось слышать?

— Ты, на самом деле, считала, что я обнимал тебя, чтобы наше притворство выглядело более правдоподобным?

— Я думала, что ты всегда был…, я имею в виду…

О Господи, значит, Джози всерьез считала, что это было его естественным состоянием.