Последний взгляд над его плечом, когда они проходили сквозь двери. Платья, украшения, элегантные дамы в пышных нарядах. Кончено. Шанс Лены остаться среди них был потерян с первым шагом танца с Уиллом. И как ни странно, словно груз спал с ее плеч.

Она снова уткнувшись в его шею, вдыхая мужской аромат. Что делать дальше, Лена не знала. В трущобах для нее ничего не осталось, в Эшелоне теперь тоже. Она вцепилась в ворот смокинга. Лена всегда хотела лишь одного, вот только Уиллу она не нужна.

«Но достаточно ли ты боролась?»

Она снова зарылась лицом в его смокинг, слишком испуганная, чтобы найти ответ на этот вопрос. Она никогда и не боролась, никогда не говорила Уиллу о своих чувствах. Слишком боялась, что ее сердце разобьют на кусочки, потому и не осмелилась продемонстрировать свои чувства.

Ему и невдомек, что Лена с ним могла отважиться только лишь на эти игры.

– Куда? – спросил Уилл.

Она подняла глаза на огромную винтовую лестницу, что спиралью пронизывала Башню из слоновой кости. Говорили, в ней тысяча ступеней, хотя Лена так и не удосужилась пересчитать.

– В кабину лифта. Не хочу лишних ушей и глаз.

Уилл сердито зыркнул на пару дам, что последовали за ними из бальной комнаты, и те быстро испарились.

– Проблема решена.

– Не спорь. Ты не сможешь тащить меня вниз по всем этим ступенькам. Мы же на девятом этаже.

Уилл повернул к ней лицо. Янтарные огоньки вспыхивали вокруг зрачков.

– Чо случилось?

Лена потрясла головой. Надо вывести его отсюда, пока он снова не взорвался.

– Давай в лифт.

Лакей в ливрее кивнул им, словно каждую ночь видел, как леди выносят на руках из бальной залы. Начищенные латунные двери кабины медленно раздвинулись, показывая гладкие панели на стенах.

Уилл внес ее внутрь и створки плавно закрылись.

Лена жестом попросила поставить ее на ноги. Вервульфен нахмурился, но подчинился.

– Черт возьми, что произошло? – Кабина, дернувшись, пришла в движение, и Уилл с диким взглядом схватился за стену.

– Я вышла на балкон подышать свежим воздухом. – Правду не утаишь. – Колчестер вышел вслед за мной.

Взгляд Уилла упал на ее окровавленную перчатку. Его ноздри раздувались.

– Он тя порезал.

Слова прозвучали угрожающе. Надо разрядить обстановку.

– А я разбила ему нос. Так что мы в расчете.

– Лена.

– Это всего лишь царапина.

– Он тя напугал, – отрезал Уилл.

Повернувшись, он врезал кулаком по стене, и латунная панель отвалилась от удара.

Лена вздрогнула:

– Прошу тебя, не надо!

С заметным усилием обуздав ярость, Уилл опустил руку:

– Я те не наврежу. Ты же знаешь. Я никогда тя не пораню.

Лена осознала, что вжалась в противоположную стену, слишком напряженная, чтобы расслабиться, когда его гнев словно ураган кружит по кабине.

– Да, я испугалась. Но сейчас я в безопасности. И только это имеет значение.

– Чо он с тобой сделал? Чо он те сказал?

«Он угрожал меня убить». Лена побледнела и замотала головой.

Ритмичный стук, с которым паровой двигатель в глубине подвалов Башни опускал лифт вниз, действовал почти завораживающе. Но не на Уилла. Он вертелся в маленькой кабине, сцепив руки за спиной и с горящими гневом глазами.

– Ненавижу маленькие пространства.

И вдруг Лена поняла, что вервульфен напряжен не только из-за Колчестера.

– Это… это место напоминает тебе клетку? – Пришлось прочистить горло, чтобы вымолвить хоть слово.

Уилл кивнул.

Лена взяла его за руку:

– Я с тобой.

Вновь кивнув, он отвернулся, но крепко сжал ее пальцы.