– Означает ли это, что вы не сообщили о Медлин своей родне? Вашему кузену Роману?

– Нет, конечно. С какой стати я должен это делать?

– Вы чересчур ревниво оберегаете вашу личную жизнь, милорд. Роман должен был знать о том, что вы собираетесь жениться. Ведь он считает себя вашим наследником.

– Если он так считает, значит, он полный идиот. - При упоминании о Романе Сентледже Анатоль ощутил знакомый укол раздражения. - Я никогда не допущу, чтобы замок Ледж попал в руки к этому…

Он оборвал себя, скорее почувствовав, нежели, услыхав, что кто-то подошел к двери, и проговорил:

– Войдите.

Последовала пауза, вслед за тем в кабинете появился Люций Тригхорн, ворча себе под нос:

– Хоть бы разочек дали в дверь постучать. Хотя бы для виду.

– Я же просил меня не беспокоить, - недовольным тоном заметил Анатоль.

Седой как лунь старикашка даже бровью не повел. Вытирая руки о грязноватый передник, он прошел дальше.

– Тут моей вины нету, ваша милость, - заявил он. - Та женщина с напудренной головой опять стучится в дверь. Требует, чтоб ее впустили.

Фитцледж в ужасе открыл рот.

– Медлин все еще ждет у порога? Я же велел тебе, болван ты этакий, проводить ее в переднюю, пока я буду беседовать с его милостью.

– Не сочтите за неуважение, ваше преподобие, - отозвался Тригхорн, - но я только хозяйские приказы выполняю.

– А что тебе сказал хозяин? - спросил Фитцледж, твердо глядя выцветшими голубыми глазами в глаза Анатоля. - Пускать леди в дом или не пускать?

Анатоль поморщился, зная, что Фитцледж имеет в виду нечто гораздо большее. Допустить эту женщину в дом… в свою постель… в свою жизнь. Дух его еще продолжал бунтовать, но разум уже смирялся с неизбежным. Он знал, что не может восстать против авторитета Искателя Невест.

Анатоль безнадежно махнул рукой, и устало проговорил:

– Эта леди - моя невеста, Тригхорн. Проводи ее в дом.

4

Медлин шла за Тригхорном по обширному вестибюлю, приподняв юбки, чтобы не запачкать их о мраморный пол, который явно слишком давно не подметали и не полировали. Вокруг нее возвышались стены замка Ледж, величественные, но начисто лишенные тепла, обычно сообщаемого старинным домам портретами предков и идиллическими пейзажами. На верхний этаж вела широкая лестница, а с перил красного дерева, украшенных искусной резьбой, свисало не менее искусное творение многих поколений пауков.

Тригхорн вел ее все дальше по безлюдным залам, объятым не нарушаемой ни единым звуком тишиной, и Медлин невольно воображала, что ей удалось проникнуть в зачарованный дворец, полный отзвуками прошлых бед и печалей.

А может, то был отзвук ее собственной печали.

Медлин расправила плечи, решительно приказав себе изгнать из сердца жалость к глупой девчонке Медлин Бертон, потому что все, случившееся у дверей замка Ледж, - лишь справедливое наказание за романтические бредни.

В прошедшие полчаса она урезонивала кузину, которая все еще находилась в состоянии, близком к помешательству, успокаивала перепуганную горничную, призывала к порядку до крайности взволнованных слуг и старалась, как могла, превратиться в прежнюю здравомыслящую и практичную Медлин. Ей уже казалось, что в последнем она несколько преуспела, но тут отворились тяжелые дубовые двери, и на пороге показался Тригхорн.

– Хозяин у себя в кабинете. - Он мотнул головой, указал себе за плечо грязным большим пальцем и зашаркал обратно в дом.

– Постойте! - крикнула ему вслед Медлин. - Разве вы не собираетесь обо мне доложить?

К ее удивлению, физиономия Тригхорна расплылась в ухмылке.

– Доложить? Да господь с вами, леди! Хозяину не надо ничего докладывать.