Он лежал с закрытыми глазами, наслаждаясь тем, как умелые руки избавляют его от боли и напряжения. Другое напряжение он уже сбросил. Но из головы герцога все еще не шла та, что была объявлена богами его женой.

Адель проявила магию. Да еще и в такой агрессивной форме.

В любой другой момент Роналд наказал бы девушку, но тогда растерялся. Еще миг назад он ощутил неожиданный порыв, поддался ему, собрался поцеловать свою супругу. А потом… поплатился за это сильными ожогами.

— Вам стоит показаться лекарю, милорд, — прошептала Мелани, наклонившись к уху Роналда, ее темные локоны защекотали обнаженную спину герцога.

— Мазь справится, — глухо отозвался он.

Леди де Виньо пыталась узнать причину появления ожогов, еще будучи наполовину одетой, но герцог тогда только хмыкнул и толкнул любовницу к кровати. Больше она не задавала вопросов, но беспокойство все еще проявляла.

Однако сказанные ею только что слова повлекли новую череду мыслей о молодой герцогине. Роналд ничего не мог с собой поделать. Потому решил проблему единственным доступным ему сейчас способом. Перевернулся и подмял под себя томно вздохнувшую Мелани.

Глава 18

— Ну же, миледи, смелее, — парнишка придерживал под уздцы спокойную лошадь бело-серого окраса, поглаживая ее по морде. — Она смирная. Самая послушная из всех. Поверьте.

Солнце стояло в зените, легкий ветер шевелил листья деревьев, невдалеке звенел водой каскад.

Паренек уговаривал меня уже добрых минут десять. Но я стояла в стороне, испугано глядя на эту махину на четырех мохнатых ногах с копытами. Кобыла тоже на меня поглядывала с сомнением, дожевывая выданный ей пучок травы.

Кажется, думали мы с ней об одном и том же — не желая друг с другом знакомиться.

— Ладно, — я собралась с духом и медленно шагнула к лошади.

— Вот так, миледи, — приободрил меня мальчишка, которого поставили учителем по верховое езде. — Подходите спереди. Угостите Снежинку.

Он протянул мне половину яблока.

Я дрожащей рукой взяла плод, оглянулась на Лану, которая первую половину дня проводила в комнатах для слуг, где ее всему обучали, а вторую — уже со мной. Девушка пока не делилась впечатлениями. Но, судя по тому, как горели ее глаза, она не жалела о сделанном выборе.

— Так, давай только руку ты мне откусывать не будешь, — дрожащим голосом предложила я, протянув кобыле угощение.

Та фыркнула, сглотнула траву и потянулась ко мне. Втянула большими круглыми ноздрями воздух и… приблизилась к руке.

Клянусь, я держалась из последних сил! Но когда теплые мокрые губы мазнули по коже, вздрогнула. Послышался хруст — это кобыла забрала яблоко и теперь озорно им хрустела, насмешливо глядя на меня.

А я почувствовала себя последней в мире трусихой. Лошади, блин, боюсь! Еще даже до того, как залезла на нее.

Стоило только подумать о том, что мне на этот шкаф еще как-то взгромоздиться надо, как коленочки ослабели.

Алина, соберись!

Отвесив себе мысленную пощечину, я провела ладонями по бедрам в узких коричневых брюках для верховой езды и повернулась к мальчишке.

— Все отлично, миледи, — лучезарно улыбнулся он мне. — Попробуем сесть в седло?

— Да, — сдалась я.

От дамского седла я отказалась. Езда боком не внушала мне никакого доверия.

— Хорошо, смотрите…

Парень подтолкнул к лошади высокий коробок.

— Позвольте вам помочь, ваша светлость. Эту ногу в стремя. Да. Аккуратно хватаетесь за луку, вот за это. Да. Выпрямляйтесь. Перекидываете вторую.