– Ну конечно. Какая же я глупая. Завтра я дам тебе денег, и ты купишь эля…

– А не лучше ли взять бутылку из подвала? Хозяин ведь не заметит отсутствия одной бутылки, правда?

Тут Жасси проявила твердость:

– Я предпочитаю купить на свои деньги…

Анни вскочила с кресла и схватила со стула плащ Жасси.

– Я надену ваш плащ. Вам он сегодня не понадобится. Я не намерена терять уважение друзей, приводя с собой жадную подругу.

– Подожди! О, Анни! Не оставляй меня одну! – Жасси пришла в отчаяние при мысли, что она не увидит Чарли. – Умоляю тебя!

Анни остановилась и посмотрела на нее через плечо.

– Ну, я уже сказала вам…

– Я возьму бутылку из подвала! Даже две! Только не уходи без меня!

Анни торжествовала.

– Берите три! Никто не узнает.

С тех пор Жасси каждый вечер брала бутылку, пытаясь угадать, что больше всего понравится Чарли. Она не обращала внимания, что он не смаковал каждый глоток прекрасного портвейна Дэниэла, как это делали джентльмены, а выпивал напиток одним залпом. Затем вытирал рот тыльной стороной ладони и отпускал грубоватые замечания.

– Отличная микстура для жаждущего горла, Жасси, – часто говорил он. – В твоих закромах еще что-нибудь осталось?

Там всегда оставалось, девушка без колебаний приносила ему еще и еще. Она не задумывалась над тем, что Дэниэл рано или поздно обнаружит пропажу бутылок, предпочитая встречать несчастья по мере их поступления. Она больше не боялась брата, как раньше. И не могла простить ему того, как он обошелся с Кейт.

Все дни она теперь проводила в ожидании вечера в рыбацком домике, где царили вульгарные разговоры, громкий хриплый смех и свободные нравы. Благодаря своей невинности она не понимала очень многое из того, что там делалось и говорилось. Рядом всегда находилась бдительная, как дуэнья, Анни, что успокаивало Жасси, поскольку старушка, чье присутствие так обнадежило Жасси в первый вечер, больше не появлялась. Время от времени они играли в карты или в кости на деньги, порой сдвигали столы к стене и танцевали под гармонику, на которой играл друг Чарли. Именно там Жасси забыла все свои бальные па, которые разучивала в доме дяди, весело скакала и кружилась вместе с Чарли. Она всегда испытывала острое разочарование, когда он уходил рыбачить и не появлялся на вечеринке. Однажды он пришел очень поздно и сразу же устремил свой взгляд прямо на нее, как будто тосковал по ней не меньше, чем она по нему. Когда он тем же вечером провожал их с Анни домой, он спросил Жасси, скучала ли она.

– Да, – призналась Жасси, поеживаясь от холодного ночного воздуха в своем широком плаще с капюшоном.

Она чувствовала смущение от того, что Чарли задал этот вопрос в присутствии Анни, и не заметила, как они обменялись удовлетворенными взглядами.

– Если бы Чарли нашел хорошее место, где смог бы хранить свой улов, он не пропускал бы так часто наши вечеринки, – осторожно заметила Анни, краем глаза поглядывая на хозяйку. – Правда, Чарли?

– Ты права, – как бы мимоходом ответил тот. – Я хочу найти какую-нибудь отдельно стоящую хижину, которую смогу превратить в склад. Например, что-то наподобие конюшни около твоего дома, Жасси.

Сердце Жасси тревожно забилось. Она догадалась, что они говорили вовсе не о рыбе, а о контрабандном алкоголе, к которому относился и тот бренди, который они подливали в эль. Анни угадала мысли хозяйки.

– Помещение нужно всего на два-три дня, не больше. Никто ничего не заподозрит, уверяю тебя. Мы вывезем весь улов задолго до того, как хозяин вернется домой, и мистер Гарри тоже ничего не узнает.

– Можешь быть уверена в этом, – искренне заверил ее Чарли; он взял руку Жасси и крепко сжал ее, заглядывая ей в лицо.