– Хозяин! Еще бренди, двойной.

А тем временем в их доме Жасси помогала Анни вносить в гостиную дополнительные стулья. Воспользовавшись отсутствием Гарри, Анни позвала всю компанию в дом своих хозяев, что давно уже планировала.

– Ты не можешь привести их сюда, – протестовала Жасси. – Я не позволю этого.

Она пришла в ужас при мысли, что в доме ее брата будут беспечно разливать бренди, пачкать ковры рвотой и царапать каблуками поверхность стола. Ведь одна девушка, воображавшая себя танцовщицей, любила плясать на столе, буйно размахивая юбками.

– Да, я запрещаю.

Лицо Анни мгновенно утратило доброжелательность, ее глаза яростно сузились.

– Они придут сегодня ночью, и я поставлю на стол лучшее спиртное, какое найду в чулане. А если нет, – предупредила она с угрозой в голосе, – хозяин узнает, что его маленькая сестренка позволила хранить в конюшне контрабандный товар. Ты ведь не хочешь этого, правда?

Жасси чуть не упала в обморок от подобного заявления. Она знала Дэниэла и боялась не столько его ярости в свой адрес, сколько его решимости выяснить, кто вовлек ее в эти грязные делишки. И он не отступит, пока не докопается до правды, что грозит Чарли виселицей.

– Нет, не хочу, – тихо пролепетала она побледнев.

– Ну и хорошо, – снова стала приветливой и доброй Анни. – Подумай, что этот вечер дает тебе хороший шанс отплатить за гостеприимство, которое оказали тебе остальные.

Жасси с трудом удержалась от замечания, что она давно уже отплатила за гостеприимство теми многочисленными бутылками, которые Анни корзинами выносила из подвала. Служанка, правда, возвращала пустые бутылки обратно, наливала в них воду и, заткнув пробкой, клала в чулан на нижние полки. Жасси знала, что Дэниэл рано или поздно обнаружит воровство. Возможно, он подумает, что преступление случилось еще в лондонской квартире, когда бутылки упаковывали, и они с Анни смогут избежать обвинений. Джим же заметил однажды, как прачка стащила две бутылки портвейна Дэниэла. Но тем не менее Жасси приняла твердое решение не допустить никаких повреждений в доме во время вечеринки и собиралась попросить Чарли помочь ей в этом. Чарли. Один звук этого имени дарил ей блаженство. Надо найти этим вечером возможность уединиться. Она была уверена, что он ждал подходящего момента, чтобы признаться ей в любви. Затрепетав при одной мысли об этом, она счастливо запела, доставая бутылки из подвала.

Вечеринка началась спокойно. Компания, состоящая из двадцати человек, затихла в благоговейном страхе перед убранством дома: мягкими коврами вместо соломы, полированными полами вместо плитки, элегантной мебелью вместо примитивных столов и стульев. Помимо высоких пивных кружек Анни поставила на стол боевые трофеи Дэниэла с выгравированным серебром его именем и событием, по случаю которого ему вручили приз, заверив испуганную Жасси, что этим вещам не причинят никакого вреда. Постепенно вино и бренди полились рекой вместе с элем, который принесли в бочонке, и картина изменилась. Под влиянием алкоголя компания начала шуметь и хохотать. Все кричали, буянили, расплескивали напитки на стол и ковер, били бутылки.

Очарованная своим спутником, Жасси не обращала никакого внимания на происходящее. Они сидели отдельно от остальных за столиком у окна. Девушка наполняла стакан возлюбленного и, потягивая короткими глотками бренди, внимательно слушала его рассказы о море, стараясь не пропустить ни одного его слова среди хриплых песен, сопровождаемых стуком кружек о гладкую поверхность стола. Неожиданно раздался громкий удар, и девушка взволнованно вскочила. Один из парней сильно раскачался на стуле и упал назад вместе с девчонкой, сидящей у него на коленях.