Впрочем, был еще один человек, который словно ступал по натянутой струне — от своего сердца, к сердцу васконки.

Ноэль.

Порядком потрепанный после встречи с инквизиторами, на которых юный некромант обратил не больше внимания, чем на куст малины. Царапина на скуле? Ну не беда, а мы вам ветку потопчем!

Де Грамон видел такое впервые. У него волосы на голове, казалось, зашевелились, когда в «бой» вступил племянник.

Даже Гай отступил, хотя и был старше Ноэля на добрых восемь лет, отучился в Высшем Университете, имел обширную практику и встречался до этого с спанцами на полях Окрайны. Или может потому и отсутпил? Знал как на их братство действуют печати врагов. Вытягивают всю душу, все то, что связывает с Богиней, оставляя лишь оболочку.

Да сам де Грамон, что уж таить, не особо спешил вступать в схватку с фанатиками, на которых почти не действует его собственный дар. Им же все равно — умирать или жить, а менталисту еще мадемуазель Эвон спасать. Нет, стоило обдумать все хорошенько и ударить, все равно инквизиторы не дистанционники, издалека огненными шарами не закидают.

Но Ноэль!

Когда в лесу разом потемнело, а с верхушек деревьев сорвались все местные птицы, отчаянно галдя, месье де Грамон только заозирался, выискивая опасность. Но менталист и предположить не мог, что причиной переполоха стал студент-недоучка. И вот же… силы хватило!

Все окрестные души (а по скромному разумению цепного пса — это были именно души, насильно выдернутые из царства мертвых), стягивались к Ноэлю, жадно лизая ноги испуганного коня. Потустороннего становилось все больше, что ощутимо давило на нервы, а некроманты из университета подтягивались все ближе к своему предводителю, беря юношу в плотное кольцо. А потом разом пропали все звуки, даже вспугнутые птицы будто замерли, опасаясь вызвать гнев мага, а студенты ощерились словно дикие звери. Мальчишки разом стянули платки и приготовились.

Считалось, что одолеть боевую пятерку инквизиторов, подготовленных, с начерченной и напитанной силой пентаграммой — один на один практически невозможно. И уж точно данная задача не по силам студентам-недоучкам. Но что Ноэлю на слухи? Мальчик просто призвали силу и свою Богиню. И… все просто кончилось. Сорвались птицы с верхушек деревьев, налетев на спанцев, колыхнулся ветер, тьма уверенно поползла к светящимся линиям на земле, чтобы схлынув, оставить на траве изломанные тела самоуверенных вражеских магов и пустые бороздки от некогда могущественной пентаграммы.

«Нет, однозначно, Ноэля надо привязать к короне. Крепче крепкого!» — подумал де Грамон, пораженно разглядывая племянника. Такая сила! Разве доступна она живому существу?

Кто-то бы назвал де Грамона расчетливым, но мужчина был уверен, что жизнь каждого в Франкии принадлежит стране. А сильное единое государство возможно только при выдающемся монархе и не менее могущественных людях у трона. Лояльно настроенных людях! Больше никаких спанских шпионов рядом с королем.

А что можно пообещать Ноэлю, чтобы он горой встал перед Жаном-Батистом?

Де Грамон улыбнулся. Кажется, он знает…

*-*-*

Антуан, сжавшись в кресле, следил за тем, как я хожу из угла в угол крошечной комнатки. Брат даже не пытался отвлечь меня разговорами, словно понимая, что мне сейчас нужна тишина.

Что делать?!

Я сама себя загнала в волчью ловушку, из которой не выбраться. Больше того, в эту же яму я, по глупости своей, столкнула и всю Франкию. Ну или уже почти готова столкнуть: нашему куполу осталось существовать всего несколько часов, пока везут последнюю жертву в замок.