Я повторила все, что ты говорил, поучая меня.

— Тебе плевать на Мариан. У тебя одна забота отделаться от сына Мариан, чтобы расчистить место своему ребенку.

— Твоему тоже, Бен. Или ты предполагаешь, что отец не ты? Однажды ты сказал, что Мариан единственная жертва сложившихся обстоятельств. И ты был прав. Ни тебя, ни меня, ни, слава богу, мальчика это не задевает. Она пришла, чтобы последний раз навестить своего сына. Мариан думала, что после того, как она подпишет документы и отдаст его нам, она уже никогда больше его не увидит. И я сказала ей, что она может не беспокоиться. Потому что неважно, кто смотрит за ним, она его мать. И ей всегда открыты двери. Она может навестить его, если захочет.

И хотя ты, может быть, огорчен тем, что я беременна, я не огорчена. — Она сложила руки на животе. Ее голос, полный жара, дрогнул, когда она продолжала:

— Потому что благодаря новой жизни, которая растет во мне, я поняла, какой это бесценный дар — ребенок. И мне не следует отрицать чье-либо право иметь ребенка.

— Ох, Джулия!.. — Бен почувствовал себя разбушевавшимся слоном-отшельником, лишенным чуткости.

— Помолчи! — скомандовала она. — Я не закончила. Я просила Мариан уйти от мужа, потому что он жестокий хам. Но с тех пор, как ты сегодня вернулся домой, Бей Каррерас, ты поступаешь не намного лучше!

— Прости! — Он тяжело опустился на стул и уронил голову на руки. — Понимаю, что одного слова мало, но не знаю, что еще сказать. Мое единственное оправдание — испуг. То, что я увидел и услышал, ударило меня, будто ножом. И потом все.., выплеснулось.

Джулия ничего не ответила. Она собрала чашки и поставила в посудомоечную машину.

— Это не только твоя вина, — снова заговорила Джулия. — Мне не следовало оставлять Майкла, и ты прав насчет собаки. Но проблема не в этом.

Настоящая беда в том, что ты и я постоянно видим пренебрежение и предательство там, где ничего подобного нет и не было. Я не могу объяснить тебе, но знаю: мне надо продумать, пока не поздно, как исправить поломки в нашем браке.

Глава 11

Джулия взяла сумочку и достала ключи от машины.

— Это твой способ исправить положение? В очередной раз убежать от меня? — взорвался Бен.

Ужас охватил его, когда до него дошло, что теперь он дал ей хороший повод не возвращаться.

Но он даже себе не хотел признаваться в том, что провинился. — Позволь мне напомнить, что, поскольку ты носишь моего ребенка, у тебя больше нет права па такой выбор. Ты останешься здесь.

Вот и все!

— Наверно, именно так Уэйн Дэйэс разговаривает с Мариан, — надменно произнесла она. — Различие только в, том, что она готова терпеть, а я нет.

Если бы она кричала и ругалась, то и тогда не сумела бы сильнее потрясти его. Сравнить его с Уэйном Дэйэсом?

— Черт возьми, Джулия! Ты же не серьезно?

— Не уверена. Мне начинают надоедать твои постоянные подозрения. Ты прячешься, подслушиваешь часть разговора и решаешь, что я устраиваю против тебя заговор. Я говорю, что хочу подумать, как бы наладить наш брак, а ты немедленно заявляешь, что я ухожу от тебя.

— Да, но ведь ты исчезаешь не первый раз.

— Я всегда возвращаюсь домой. И приводит меня одна и та же причина. Последние несколько недель я размышляю о нас и нашем браке и принимаю решения. Я люблю тебя. Хотя начинаю понимать, что сказать так — этого мало. Важно, что человек готов сделать. По-моему, я дала тебе недостаточно оснований верить мне.

Джулия подкосила его своей последней фразой. Первое побуждение Бена — бежать за ней и умолять остаться.