— Гм… Не спуститься ли нам в полицейский участок?

— Я сейчас отпрошусь. Они прекрасно справятся и без меня, если понадобится.

Последнее время Нетта Микальсруд стала очень легкомысленной. А ведь она была самой исполнительной во всей конторе!

Вскоре все трое сидели в полицейском участке. Шеф полиции был хорошим парнем, здоровяком от природы. Он с пониманием относился к человеческим слабостям. Но когда дело касалось злостных правонарушений, он бывал суров.

— Ну?

После некоторой паузы Мали сказала:

— Собственно говоря, все это произошло из-за меня.

— Меня это не удивляет, — пробормотал полицейский. — Мы уже не раз встречались с тобой.

— На этот раз речь идет не об уличных беспорядках и демонстрациях, — сказала Мали. — Речь идет о моем происхождении.

Откинувшись на стуле, полицейский выжидающе, с оттенком агрессивности, смотрел на нее. Видно было, что он привык ожидать от Мали всего чего угодно.

Но тут в разговор вмешался Андре.

— Вся эта история начиналась с меня, — сказал он. — Я искал своих родственников и нашел Мали или, вернее, ее младшего брата или сестру. И мне захотелось узнать, кто родители ребенка.

— Я понимаю, — сказал полицейский, хотя, судя по его виду, он ничего не понимал.

— Я знал, что матерью ребенка является Петра Ольсдаттер. Дело в том, что второй ее ребенок, мертворожденный брат или сестра Мали, был из нашего рода. Об этом свидетельствовали определенные приметы. И для нас очень важно знать обо всех наших родственниках, которых, кстати, очень мало.

— Речь идет о наследстве?

— Можно сказать и так… Кстати, мы ездили в Эльвдален как раз затем, чтобы найти дальних родственников Петры.

— И вы нашли их?

— Да, — сухо ответил Андре. — Но перед тем, как мы уехали, Нетта Микальсруд отправила пару писем — отцам обоих детей Петры.

Полицейский наморщил лоб.

— Подождите-ка немного! Я помню эту историю о Петре Ольсдаттер, которая покончила с собой на берегу много лет назад. Это твоя мать, Мали?

— Наверняка, — ответила она. — И все об этом знают!

— Не думаю, — сердито ответил полицейский, и в голосе его послышалась издевка. — Ты стала известной персоной только в последние месяцы.

— Да, ведь до этого я была всего лишь анонимным ребенком из приюта, — с горечью произнесла она. Андре продолжал:

— Моя троюродная сестра нашла Петру на берегу и попыталась спасти ее и ребенка. Таким образом и было обнаружено сходство между мертвым ребенком и представителями нашего рода. Речь идет о некоторых отличительных особенностях.

Глядя в окно, полицейский сказал:

— Да, это была необычайно красивая девушка… Ее звали Таня?

— Ванья. И она умерла много лет назад.

— Жаль, — вздохнул полицейский. — Но почему вы именно сейчас решили найти своих родственников?

— Мы обнаружили пару вещиц среди вещей, оставленных Ваньей, и это из-за них я приехал сюда, а потом в Эльвдален.

— Ясно. Ну так на чем же мы остановились? Фрекен Микальсруд послала письма обоим отцам. Насколько я понял, речь идет об отцах мертворожденного ребенка и Мали?

— Именно так.

— Но какое отношение ко всему этому имеет отец Мали? Он ведь не может быть в числе исконных родственников?

В разговор вступила Нетта:

— Да, но в тот момент мы ничего не знали о происхождении Петры.