Ну и что она узнала? Ничего. Просто ничегошеньки.

Глава 35

– Вам письмо, – ошарашила Анну Иола за завтраком.

Анна с некоторой опаской взяла обычный на первый взгляд конверт из тисненой голубой бумаги, вскрыла его, находясь под обстрелом нескольких пар любопытных глаз, и извлекла открытку, всю в завитушках и бантиках.

– Это приглашение, – сообщила она.

– От кого?

Анна заметила, как Джемма склонилась ниже над тарелкой, и, кажется, начала кое-что понимать. Подпись в конце послания ее уже не удивила.

– Это приглашение на обед от миссис Берч.

– От племянницы Роберта? – ревниво вскинула брови Иола. – С какой стати ей вас приглашать? Вы даже не знакомы.

– А вы знакомы, только она тебя не приглашает, – поддела ее падчерица, за что удостоилась испепеляющего взгляда.

– Ну что ж, – беря себя в руки, прощебетала женщина, – так даже лучше. Пойду скажу кухарке, что обед сегодня можно не готовить.

– Зачем ты это устроила? – тихо спросила у Джеммы Анна, как только мачеха ушла.

– Чтобы ты не мучилась больше от любопытства, – также шепотом ответила девочка, – и не лазила тайком по чужим поместьям. Поймать могут.

Накануне Аня проникла в усадьбу Сомерсета через калитку. К главному входу вела другая дорога, которая шла через овраг, ныряла в аллею с платанами и рододендронами, а затем выводила прямо к роскошным воротам Тюдоровских времен. Следуя по ней, приглашенные обогнули розарий и завершили путь перед массивной дверью, над которой красовался полустертый герб. Горничная впустила их в холл. Внутри особняк оказался мрачным и даже зловещим. В холле было холодно и сыро. Изобилие темных драпировок наводило на мысль о похоронах. Под потолком висела зажженная люстра, но ее света не хватало, чтобы осветить огромное помещение. Ощутив сквозняк, Аня обхватила себя руками.

– Ты тоже чувствуешь? – зашептала ей в ухо Яся. – Странное место. Слишком холодно и темно для человеческого жилья. Так мало света и совсем нет тепла.

Джемма, услышав ее слова, усмехнулась:

– Дом старый, и здесь отовсюду дует.

Их пригласили пройти в столовую, которая на поверку оказалась больше похожей на пещеру, то есть в ней не было ничего такого, что помогло бы почувствовать себя в своей тарелке. Размерами с большой теннисный корт, она была покрыта великолепным ковром и уставлена старинной мебелью с таким расчетом, чтобы разделить гостей на небольшие группы. В центре комнаты царил обеденный стол. Горящие восковые свечи отражались в натертой до блеска палисандровой столешнице. Тускло поблескивали столовые приборы старинного серебра. Короче говоря, в этой комнате было страшно пошевелиться.

Она и не шевелилась – эта женщина, сидящая во главе стола. При их появлении она даже глазом не моргнула. Вблизи оказалась еще неприятнее. Дама была не просто худой. Таких высохших фигур Анна ни разу не видела за пределами морга. При мужеподобной внешности выглядела абсолютно неухоженной. Каштановые с проседью волосы она не удосужилась причесать даже к приходу гостей, а на ее ногах с признаками застарелого варикоза не было чулок.

Рядом сидела еще одна женщина. По иронии – совершенно необъятных размеров с отечным лицом. Макс попытался угадать, кто из них миссис Берч, и решил, что худая. Он не прогадал – каланча была здесь за главную. Ее сестра, обвешенная золотом с ног до головы, во всем ей подчинялась.

– Ей сорок четыре, и она никогда не была замужем, – просветила Аню Джемма еще по дороге сюда.

– А что с ней не так?

– Слегка чокнутая. Вообразила, что великая изобретательница.