Когда мма Пекване пришла в «Женское детективное агентство № 1», вид у нее был крайне взволнованный. Мма Рамотсве дала ей выпить чашку крепкого редбуша — так она обычно поступала со всеми нервными клиентами, — и подождала, пока гостья возьмет себя в руки. Она волнуется из-за мужчины, подумала мма Рамотсве, все признаки налицо. Но что случилось? Мужчина, как всегда, поступил отвратительно, но что именно он сделал?

— Боюсь, мой муж совершил ужасную вещь, — в конце концов проговорила мма Пекване. — Мне очень стыдно за него.

Мма Рамотсве тихонько кивнула. Так и есть. Отвратительное мужское поведение.

— Мужчины часто совершают дурные поступки, — заметила она. — Всех жен огорчают их мужья. Не вас одну.

Мма Пекване вздохнула.

— Но мой муж совершил ужасный поступок, — повторила она. — Просто ужасный.

Мма Рамотсве напряглась. Если рра Пекване убил кого-нибудь, тогда ей придется направить его жену в полицию. Она не станет помогать в сокрытии убийства.

— Что он сделал? — спросила она.

Мма Пекване перешла на шепот:

— Он украл машину.

Мма Рамотсве почувствовала облегчение. Машины воруют постоянно, и многие женщины разъезжают по городу в ворованных машинах своих мужей. Мма Рамотсве не могла представить себя в такой роли, и мма Пекване, как видно, тоже.

— Он сам сказал вам, что машина ворованная? — спросила она. — Вы в этом уверены?

Мма Пекване покачала головой.

— Он сказал, что ему одолжил ее один приятель. Что у того человека два «мерседеса-бенц» и второй ему не нужен.

Мма Рамотсве рассмеялась.

— Неужели мужчины думают, что нас так легко провести? — воскликнула она. — Неужели они считают нас полными дурами?

— Похоже, именно так, — отозвалась мма Пекване.

Мма Рамотсве, взяв карандаш, начертила несколько линий на бумаге. Взглянув на свои каракули, она поняла, что нарисовала машину.

Она подняла глаза на мма Пекване.

— Вы хотите, чтобы я подсказала вам, что делать? — спросила она. — Вы этого хотите?

Мма Пекване задумалась.

— Нет, — ответила она. — Этого я не хочу. Я знаю, чего хочу.

— И чего же?

— Я хочу вернуть машину. Ее владельцу.

Мма Рамотсве выпрямилась.

— Вы хотите пойти в полицию? Донести на мужа?

— Нет. Этого я не хочу. Я просто хочу вернуть машину, не сообщая в полицию. Хочу, чтобы Господь узнал, что машина вернулась к своему владельцу.

Мма Рамотсве уставилась на посетительницу. Она не могла не признать, что это разумное желание. Если машина вернется к владельцу, совесть мма Пекване будет чиста и муж останется при ней. Поразмыслив еще немного, мма Рамотсве сочла, что это весьма удачный способ решения сложной ситуации.

— Но почему вы обратились ко мне? — спросила она. — Чем я могу вам помочь?

Мма Пекване, ни секунды не колеблясь, ответила на ее вопрос:

— Я хочу, чтобы вы узнали, чья это машина, — сказала она. — А потом украли ее у моего мужа и вернули законному владельцу. Вот и всё.

Вечером того же дня, возвращаясь домой в своем фургончике, мма Рамотсве размышляла о том, что ей не следовало соглашаться на предложение мма Пекване. Но она согласилась и связала себя обязательством. Дело не обещало быть легким — если, конечно, не обращаться в полицию, чего она сделать не могла.