|
Потом остановился. В доме светились почти все окна. На улице не было ни одного человека. Он еще раз, не веря себе, огляделся по сторонам. Ни одного. По дороге с ревом пронесся, светя пустыми окнами, автобус. Всё. Фонари давали яркий свет того оттенка, который нельзя назвать ни оранжевым, ни розовым. Деревья в этом свете казались бронзовыми. В глухой, ватной тишине со звуком медленной капели падали листья. Андрис стоял и смотрел. Каждый лист падал отдельно. Падение каждого листа все еще было событием. Ночью или завтра днем начнется листопад, и звуки падения сменятся общим шорохом. Листья еще не знают. Пока падение каждого листа - событие. Великолепные бронзовые листья. Ни один не похож на другой. А через неделю - холодный косой дождь, слякоть, и только самые цепкие, серые, истрепанные ветром, будут зачем-то хвататься за ветки, которым они больше не нужны…
Он поднялся на этаж, отпер дверь и вошел. Присутствие посторонних он учуял - в прямом смысле. У него всегда было очень острое обоняние. Дергаться нельзя, к запаху тел примешан запах оружия. Оставалась секунда, чтобы решить, как себя вести - долгая секунда, пока он нашаривал выключатель, а потом оборачивался, делая вид, что все, что он сейчас увидит - для него полнейшая неожиданность… имело смысл сыграть партию, не провоцируя партнеров на поспешные действия… Их было трое. В униформе: серые свитера, полосатые брюки; шапочки-маски на головах; пистолеты у двоих, третий держит руки в карманах. - Без глупостей, - сказал тот, с руками в карманах. - Лицом к стене, руки за голову. Андрис повернулся к стене и дал себя обыскать. Полосатый покрутил в пальцах нож, хмыкнул и сунул себе в карман. Потом подтолкнул в спину: - Иди. - Руки можно опустить? - спросил Андрис. - Вот еще. Андриса поставили посреди комнаты. Тот, который держал руки в карманах, сел на диван напротив него, положил ногу на ногу и сказал: - Мы знаем, кто вы. Можете не запираться и не строить из себя овечку. Нам нужна информация, и вы нам ее дадите. Всю. А чтобы у вас не возникло иллюзий… - он замолчал, вынул, наконец, руки из карманов и стал набирать телефонный номер; в карманах у него ничего не было. - Да, он здесь. Давайте. Возьмите трубку, - сказал он Андрису. Андрис взял. - Это я, - сказала Марина. Ее было слышно неимоверно четко. Дыхание - быстрое, нервное. - Это я, ты слышишь? - Да, слышу, - сказал Андрис. - Они меня захватили и держат, - сказала Марина. Она старалась говорить ровно, и у нее почти получалось. - Я не знаю, чего они хотят. Я не… - она замолчала. В трубке раздался шорох, треск, потом другой, тоже женский, голос, сказал: - Хватит. Андрис опустил трубку на рычаги. - Ну, и?.. - начал он. - Объяснять с подробностями? - прищурился полосатый. - Что вам нужно? - Не валять дурака. Это все, что нам нужно. - Спрашивайте - буду отвечать. - Судя по нападению на «Палас», вы уже в курсе дела, - сказал полосатый. - Что вы намерены были предпринять еще? - Ничего, - сказал Андрис. - Следовало бы сначала обдумать ситуацию. Все оказалось несколько неожиданным… Сознание почти отключилось. Андрис физически чувствовал, как мозг с невероятной скоростью перебирает варианты ответов и поведения. Не имело смысла как-то контролировать это - все шло на интуиции и голой технике, в страшном цейтноте. |
