– Забей, – мне было неинтересно влезать в эти детские разборки, я бы и в драку не полез, если бы не Ромка. – Ты мне помог в комсомол вступить, я тебе сейчас. Считай, в расчете.

– Не, это не по-пацански, – замотал головой комсорг одиннадцатого «А». – Короче, держи.

Тут ссылка, где скачать одну прогу на телефон можно, и промо от меня на сотню рублей. Поднимешь бабла. Если чего будет непонятно – обращайся. Ну и бабки вывести тоже через меня можно.

– Не понял? – я завис, глядя на лист бумаги с адресом сайта и кодом, записанными от руки, но, когда раздуплился, Виталя уже свалил по делам. – Э… а где… ладно, потом разберусь.

Закинув бумажку в портмоне, которым недавно обзавелся, я сунул его в карман формы и пошел на занятия. Хоть сегодня мы первый день учились после праздников, спрашивали нас по полной. С другой стороны, я был не против, оценки нужно было выправлять. А память, значительно улучшившаяся, после того как я стал энергетом, позволяла держать в голове целые параграфы из учебника. Кроме того, успехи в освоении сатори давали возможность буквально нырять в прошлое, вытаскивая воспоминания многолетней давности, что, с одной стороны, позволило значительно нарастить базу песен, фильмов и прочего контента, который можно успешно обменять или превратить в деньги, а с другой – я понял, что если человек балбес, то это навсегда. Как минимум школьных знаний у меня в голове не было от слова совсем. Пришлось учить.

Впрочем, с этим проблем не было, и за три урока я получил две пятерки. Неплохо, но нужно больше золота. Чтобы исправить мои двойки, я по две за урок должен получать, и то не факт, что хватит. Тяжело быть обалдуем. Вот что мешало учиться раньше? Сам знаю, что тупость, чрезмерно раздутое самомнение и идиотские понты. Причем первый пункт – это не о моей способности обрабатывать информацию, это, можно сказать, лозунг моей прошлой жизни. Ну да ладно, теперь все наладится, а со школой что-нибудь придумаю. На ней жизнь не заканчивается… Размышление о планах на жизнь оказалось прервано открывшейся посреди уроков дверью.

– Садитесь, – Аделаида Закировна, выглядевшая какой-то потерянной, махнула рукой вскочившим школьникам. – Светлана Александровна, я Чеботарева заберу.

– К-конечно, а что случилось? – чуть не начала заикаться наша математичка, глядя на двух дюжих патрульных, протиснувшихся за завучем в класс. – Семен, что случилось?

– Понятия не имею, – не сказать, что я удивился, но все же надеялся, что мои позавчерашние подвиги не станут достоянием милиции, но даже так, признаваться я не собирался, а со стукачом-ухажером Зосимовой мы поговорим позже. – Не был, не участвовал, не привлекался.

– Клоун, да? – надо мной навис один из ментов и достал наручники. – Руки давай!

– Что вы делаете?! – взвилась Аделаида Закировна. – Вы в школе находитесь! Прекратите немедленно.

– У нас приказ, – не собирался ее слушать сержант, ловко застегнув на мне браслеты. – Сказали – мы делаем. Все претензии к начальству.

– Не трогайте Семена, это я виновата! – взвилась Ленка, не выдержав. – Это я…

– Сядь на место и рот закрой! – довольно жестко осадил я девчонку, пока она лишнего не наговорила. – Не лезь не в свое дело.

– Но… – попыталась возражать та, однако внезапно мне на помощь пришла Сикорская.

– Лена, помолчи, – беловолосая внимательно оглядела милиционеров, а в руке у нее я заметил телефон, явно снимающий происходящее на видео.