– Да чего тут думать, конечно, надо соглашаться!!! – рубанул с плеча Эмин. – Это же суперкруто! Будешь звездой, люди будут узнавать. От девок прохода не будет!

– Спасибо, я подумаю, – как и ожидалось, старший брат оказался более рациональным и благоразумным, но я уже знал, что он не откажется, слишком уж блестели глаза Айдина, когда он стоял на сцене маленького кафе. – А что, все песни такие будут?

– Ну, не прям один в один, но что станут популярными, гарантирую, – опыт прошлой жизни позволял мне это утверждать наверняка. – Но еще раз повторяю, работать придется много и тяжело. Особенно если ты хочешь и диплом получить, и в шоу-бизнесе… ну, на эстраде выступать. Ладно, спасибо еще раз, что позволили песню опробовать. Пора к своим, а то некрасиво получается, как бы мой праздник, а я гостей бросил.

– Конечно, иди, – Казибег от избытка чувств обнял меня, крепко стиснув, и сунул в карман полтинник. – Сегодня все за мой счет! Не отказывайся, не обижай меня! Такая песня!

– Я тогда вам минусовку скину, чтобы ваши певцы смогли сами исполнять. – Для хорошего человека мне было ничего не жалко. – Будет как бы ваш фирменный знак. Еще можно табличку на стену привинтить, что, мол, эта песня впервые была исполнена в вашем кафе. Будет круто.

– Так и сделаю!!! – тут же проникся идеей Керимов. – Прямо на входе прикручу!

– Лучше возле сцены, со стороны бара, – я покачал головой. – На входе кто вывески читает. А тут подошел коктейль взять или там кофе, и сразу видишь, так и так, это не просто кафе, а можно сказать, культовое место.

– Отличная идея! – закивал головой Казибег. – Все, не буду больше вас задерживать.

Друзья – это святое! Отдыхайте, ешьте, пейте, развлекайтесь! Для вас все что угодно!

Я улыбнулся и вышел. Пришлось задержаться, но, как по мне, это того стоило. Вон гости до сих пор успокоиться не могут. Но, как по мне, тут больший эффект сыграла музыка и состав посетителей кафе, хоть и прилипчивость слов я со счетов не скидываю. В целом, если мы закроем эту нишу псевдокавказской музыки, можем срубить неплохой куш, поэтому я за Айдина так и зацепился. Но пора заканчивать с работой, а то действительно перед ребятами неудобно.

– Прошу пардону, виноват, – повинился я, плюхаясь на свое место. – Больше так не буду.

– Да брось, нормально все, – отмахнулся Шило. – Прикольная песня. Энергичная такая.

– Слова примитивные, – не удержалась от шпильки Сикорская. – Рифмы никакой. Ты бы еще из одного слова песню написал.

– Могу и без слов, но эта ниша уже занята. – Я пожал плечами, ничуть не обидевшись, положил себе на тарелку порцию шашлыка и только после этого увидел, что все смотрят на меня. – Вы чего? Эдуард Хиль. «Я очень рад, ведь я наконец возвращаюсь домой». Тро-ло-ло-ло-ло ло ло-ло ло ло-ло. Ну, вспомнили?

– А! – первой сообразила Даша. – Ну ты сравнил! Там же вокализ, все построено на передаче эмоций через тембр и оттенок голоса. А у тебя, уж извини, все-таки действительно очень простая песенка, где и голоса-то особого не надо.

– Ну, с этим ты не права, – я покачал головой. – Пусть выдающихся вокальных данных тут действительно не требуется, все равно надо передать чувства, а с этим не каждый справится. А вот с остальным согласен, но у них и задачи разные. Хиль – это величина, это смысл даже в песне без слов.