— Значит, миллиардер, — раздумчиво сказал Поремский. — А чем он занимался до того как стал вице-премьером? Он ведь кажется тоже из этих?

— Если имеются в виду сотрудники спецслужб, то да. Богомолов — бывший полковник ФСБ. Однако сейчас, насколько мне удалось узнать, никаких связей с органами не поддерживает. И еще…

Алена замолчала. Слышалось лишь ее дыхание и какие-то слабые шорохи.

— Чем ты там занимаешься? — нетерпеливо спросил Поремский.

— Да листки перепутала. Сейчас найду… Ага, вот. Тут у меня написано, что он имеет обширные связи среди политической и бизнес элиты.

— Ты же говорила, что он не лезет в политику, — напомнил Поремский.

— Не лезет, — согласилась Алена. — Но в связях замечен. Я тут нашла в Интернете заметку о крестинах его дочери. Знаете, кто ее крестный отец?

— Кто?

— Замминистра обороны России!

Поремский присвистнул.

— Ого!

— Вот и я говорю «ого». А знаете, кто крестная мать?

— Нет. Удиви.

Ирина Соколова. Супруга генерального директора ФПГ «Оружие» Матвея Робертовича Соколова.

— Так они почти родственники!

— Угу.

— Гм… Интересно. Министр обороны, фирма «Оружие»… Не нравится мне все это. Нужно будет побеседовать с господином Корейко по душам.

— Побеседуете. Но только завтра, где-то после одиннадцати. Сейчас ваш Богомолов находится в Цюрихе на какой-то выставке. Его самолет прилетает в десять тридцать утра.

— Отлично. Нанесу ему визит.

— А мне что делать?

— Иди домой и ложись спать.

— И то верно, — согласилась Алена. — Заработалась я с вами совсем. Некогда собой заняться. Между прочим, бессонные ночи и лошадиные дозы кофе отрицательно влияют на цвет лица.

— Кому-кому, а тебе по этому поводу волноваться не стоит. Твое лицо ничем не испортишь.

— Еще как испортишь! Вот потеряю привлекательность — тогда поймете!

Поремский вспомнил миловидное, нежное личико Алены и улыбнулся:

— Тоже не страшно. Потеряешь привлекательность телесную — останется привлекательность душевная.

— Владимир Дмитриевич, вы неисправимый оптимист! Ладно, пойду спать. Спокойной ночи!

— Приятных сновидений!

Поремский положил трубку на рычаг.

Глава 17

НЕЗАКОННЫЕ ДЕЙСТВИЯ

— Вот, — сказал Камельков и положил на стол лист бумаги.

— Это что? — поднял брови Поремский. — Заявление об уходе?

— Не дождетесь, — отрезал Камельков. — Это расшифровка телефонного разговора между главой фирмы «Заря» Хамзатом Муслиевым и неким Султаном Бариевым.

Камельков был бледен и невозмутим. Его темные волосы, обычно взлохмаченные, на этот раз были аккуратно зачесаны набок. Щеки столь же аккуратно выбриты.

— Ты, часом, не заболел? — поинтересовался Поремский, удивленно разглядывая преображенного Камелькова.

Камельков невесело усмехнулся:

— Наоборот, выздоровел.

Поремский взял лист бумаги и пробежал взглядом:

— Когда состоялся разговор?

— Сегодня утром. В восемь часов.

— А это чья подпись? — Поремский показал пальцем на фиолетовую загогулину в конце расшифровки.