Изменить размер шрифта - +
Всего доброго. Все остальные пассажиры проследовали внутрь, Хэллоран же повернул налево, в сторону от здания.

Другой полицейский уже держал открытыми маленькие ворота в высоком заборе, обозначающем границу.
     - До свидания, мистер Хэллоран, - сказал он.
     - До свидания, офицер. Благодарю.
     Сразу же за воротами их ожидал черный «бьюик» с тихо посапывающим мотором. Они сели в него. Оба легких чемодана Бонда уже лежали впереди,

на сиденье рядом с шофером. Бонд представить себе не мог, как их удалось столь быстро извлечь из кучи багажа, которую - он видел это всего

минуту тому назад - везли в помещение таможни.
     - Все в порядке, Грейди. Поехали.
     Бонд удобно откинулся на заднем сиденье огромного лимузина, резко рванувшего вперед и плавно, но быстро - благодаря превосходному механизму

- скользнувшего на шоссе.
     Бонд повернулся к Хэллорану:
     - Должен вам сказать, это самая красная ковровая дорожка, которую передо мной когда-либо расстилали. Я думал, мне придется потратить не

меньше часа на всякие формальности. Кому я всем этим обязан? Я не привык к обслуживанию по разряду VIP. Во всяком случае благодарю вас за то,

что сделали лично вы.
     - Не стоит благодарности, мистер Бонд, - улыбнулся Хэллоран и протянул ему только что открытую пачку сигарет «Лакиз». - Мы хотим, чтобы

ваше пребывание здесь было абсолютно удобным для вас. Чего бы вы ни пожелали, только скажите - и у вас будет все. У вас в Вашингтоне есть добрые

друзья. Сам я не посвящен в причину вашего приезда, но знаю, что местные власти желают, чтобы вас принимали как особо важного правительственного

гостя. Мне поручено доставить вас в отель как можно быстрее и с максимальными удобствами, после чего я передам вас с рук на руки другому

сотруднику и вернусь к своим текущим делам. Дайте мне, пожалуйста, ваш паспорт.
     Бонд передал ему паспорт. Хэллоран открыл свой кейс, лежавший рядом на сиденье, и достал из него тяжелую металлическую печать. Он открыл

страничку с американской визой, проштемпелевал ее, расписался на темно-синем круглом шифре министерства юстиции и вернул паспорт. Затем взял

свою записную книжку, вынул заложенный в нее толстый белый конверт и протянул Бонду.
     - Здесь тысяча долларов, мистер Бонд, - и, не давая Бонду вставить и слова, продолжил, - это коммунистические деньги, наш трофей,

полученный от дела Шмидта - Кинаски. Мы используем эти деньги против них самих и просим вас не отказываться, а употребить их по собственному

усмотрению в ходе выполнения вашего нынешнего задания. Уверяю вас, ваш отказ будет воспринят как недружественный жест. Давайте больше не будем

об этом говорить, - остановил он его жестом руки, поскольку Бонд в сомнении все еще вертел конверт в ладонях, - тем более что использование вами

этих денег санкционировано вашим собственным начальством.
     Бонд пристально посмотрел на него, улыбнулся и положил деньги в свой бумажник.
     - Хорошо, - сказал он, - спасибо. Я постараюсь использовать эти деньги максимально во вред противнику. Некоторый оборотный капитал в работе

необходим. И тем приятней, что он обеспечен самим противником.
     - Отлично, - сказал Хэллоран. - А теперь, если позволите, я напишу отчет, который обязан представить. К тому же нужно не забыть письменно

поблагодарить иммиграционную и таможенную службы за содействие.
Быстрый переход
Мы в Instagram