— Но я хочу снова сказать тебе и буду повторять это снова и снова, пока вы оба не поймёте, что значит спаривание для моего рода, и как на самом деле нерушимо запечатление, — Дэмиан на секунду остановился, смотря на неё, как если бы хотел, чтобы Данника осознала — она была всем для него, пусть он и не произнес этого в слух. Дэмиан провёл рукой по рту, разглядывая на кровь, покрывающую его футболку, и выдохнул. — Я имел именно это в виду, когда сказал, что защищу её ценой своей жизни, Тайлер. Я умру за неё.

Данника задержала дыхание, пока смотрела на своего отца, ожидая увидеть, какой будет его реакция, когда он, казалось, немного успокоился. Тайлер взглянул на Дэмиана с жестким и напряжённым выражением на лица, а затем тяжело вздохнул, и Данника поняла, что он смягчил свой гнев.

— Я знаю, как работает запечатление, Дэмиан, — медленно и тихо произнес Тайлер. — И знаю, что для оборотней, когда они находят свою пару, подобная связь неразрушима, — Тайлер посмотрел на дочь. — Она молода, настолько юна и совсем не познала жизнь.

В горле Данники застрял ком, после слов отца печаль снова накатила на нее.

— Я не хочу подавлять её или останавливать, не давая попробовать многие вещи, Тайлер. Я просто хочу быть частью жизни Данники, удостовериться, что она в безопасности, и дать то, что ей нужно, чтобы быть счастливой.

Боже, Данника могла расплакаться от эмоций, накативших на неё, когда она услышала, что сказали её отец и Дэмиан.

— Дерьмо, — тихо произнес Тайлер. — Даже если это жутко меня злит, я знаю, выбирай я человека, который позаботился бы о моей дочери, это был бы ты, Дэмиан.

Данника посмотрела на своего отца, увидела, как тот смотрит на льва-перевертыша, и поняла, что, хотя прямо сейчас Тайлер и не одобрял этого, он позволит ей решить, как она проживёт свою жизнь.

— Дьявол, Дэмиан, — Тайлер встал, разглядывая оборотня несколько секунд, а затем покачал головой. — Тебе лучше хорошо к ней относится, потому что она всё, что у меня есть в этом мире.

Дэмиан медленно поднялся, и Данника последовала его примеру.

— Она мой приоритет, Тайлер.

Её отец кивнул и окинул Дэмиана тяжёлым взглядом.

— Если ты обидишь её, я изобью тебя так, что ты не сможешь выстоять, забыв насколько давно мы дружим, — несмотря на то, что Дэмиан являлся перевёртышем и мог без какого-либо усилия оторвать любую конечность у человека, Дэмиан улыбнулся словам Тайлера и кивнул.

— Понимаю, но здесь не о чем беспокоится, потому что я скорее убью себя, чем обижу свою пару.

— Подойди, дорогая, — сказал её отец и притянул Даннику в объятия, прежде чем она смогла двинуться к нему. — Ты уверена, что хочешь этого? — спросил он нежным голосом напротив ее уха.

— Пап, я действительно не знаю, чего хочу в своей жизни, но, в чём я точно уверена, это то, что Дэмиан заставляет меня чувствовать… — она задумалась над тем, как могла бы описать вещи, которые испытывала к оборотню, их связь и то полное единство, которое чувствовало её тело, когда она просто думала о Дэмиане. — Это ощущается правильным, пап.

Тайлер отодвинулся и обхвати её щёки, вглядываясь в глаза Данники, а она ждала, чтобы увидеть, как он отреагирует.

— По многим причинам мне это не нравится, но я хочу счастья для тебя. Если Дэмиан делает тебя счастливой, это единственное, что мне нужно, — Тайлер сжал дочь в ещё одном объятии, погладил по голове, и Данника посмотрела на Дэмиана через руку отца. Он не двигался, не улыбался, просто смотрел на неё с сосредоточенностью, которая говорила ей о том, что он никогда не упускал деталей. Теперь это было её жизнью, когда отец поддерживал её, и Данника знала, что была открыта возможностям, она могла принять всё, уготованое ей, даже если это быть парой суровому, свирепому льву-перевёртышу.