|
В городе началась эпидемия сибирской язвы в связи с недоброкачественным мясом!» Не отставали и газеты, которые опубликовали обращение санэпидемслужб к населению с просьбой воздержаться от приобретения мяса на рынках. Что после этого началось! На рыночных торговцев мясом люди стали смотреть как на врагов. Им кидали мясо в лицо, устраивали митинги с требованием снести все рынки в городе. В те дни мусорные контейнеры были буквально доверху забиты мясными продуктами. Чуть позже найдут и стрелочника: им станет директор керамического завода Юрий Гусев, который имел несчастье незадолго до трагедии закупить в соседнем подшефном колхозе две туши коров для своих подчиненных. Во время эпидемии на заводе скончались 26 человек, и в этих смертях обвинили директора. Завод закроют якобы по санитарным условиям. Пятьсот человек уволятся. Но это будет позже, а пока в городе царит паника, люди продолжают умирать. Медперсонал больниц не справлялся с переноской трупов, поскольку желающих переносить тела в морг не было — все боялись заразиться. Санитарам помогали больные, которые сами были уже обречены и знали это. Даже родственники покойных боялись подходить к телам. Вспоминает все та же главврач больницы № 24 М. Ильенко:
«Ко мне в кабинет приходили жены ребят, которые погибли, кидали паспорта на стол и уходили. Все боялись заразиться. В итоге хоронить людей оказалось некому. Все морги были переполнены. Каталки с трупами стояли на улице. По городу ежечасно проезжали с включенными даже днем фарами глухие микроавтобусы-«уазики». «Покойника язвенного везут», — говорили прохожие и шарахались. Нам в больницу доставляли тяжеленные гробы. Мы «упаковывали» тела в полиэтилен, сверху засыпали хлоркой. Медсестры не в состоянии были таскать эти гробы. Тогда я подошла к нашему сторожу. «Дядя Степа, я дам вам по бутылке спирта, пускай слесари помогут похоронить людей», — умоляла я. А потом гробы закончились, и людей провожали в последний путь просто в пакетах…» Страна и ведать не ведает, что происходит в Свердловске — СМИ-то молчат, как в рот воды набрали. И жизнь идет своим чередом. В ночь на 10 апреля в Москве случилось редкое событие — начал свой переезд к новому месту обитания дом под № 18, что по улице Горького (бывшая типография Сытина). Десятитонная махина двигалась по рельсам, преодолевая за час по несколько сантиметров. В итоге к утру дом достиг отметки в 33 сантиметра из тех 33 метров, что ему предстояло пройти. Переезд будет длиться до 13 апреля. 10 апреля, в 20.34 по московскому времени с космодрома Байконур стартовал очередной интернациональный экипаж (четвертый рейс по программе «Интеркосмос»): Николай Рукавишников (СССР) и Георгий Иванов (Болгария). Мало кто знал, что этому полету предшествовала весьма необычная ситуация, первая из подобных в истории космонавтики. Состояла она в следующем. Дело в том, что болгарский космонавт носил весьма распространенную у него на родине фамилию Какалов, которая в Советском Союзе воспринималась иначе — неприлично. Ни один диктор Советского радио и телевидения не согласился бы произносить ее в эфире, прекрасно зная, какую реакцию это вызовет у публики. То бишь требовалось срочно ее поменять на что-то благозвучное. Вопрос решался в самом ЦК КПСС, причем в течение нескольких дней. Эту проблему согласовывали с болгарской стороной, которая, в принципе, была не против такой замены, но упирался сам космонавт — ему его фамилия была дорога. Однако, когда ему пригрозили, что в таком случае в космос вместо него полетит другой человек, космонавт вынужден был согласиться. И взял фамилию Иванов, которая была то ли у его отца, то ли у матери. Леонид Быков в Киеве готовится к съемкам нового фильма — «Пришелец». А ведь совсем недавно дела у Быкова шли из рук вон плохо. После того как его сына едва не отправили за решетку и заменили ему тюрьму отбыванием наказания в психушке (на год), Быков собрался навсегда уйти из кинематографа. |
