Сохранив в тайне свое убежище, беглецы могли прожить здесь ни в чем не нуждаясь, пока не выздоровеет Жорж, и уже вслед за тем они решили бы, как действовать дальше. Какое бы решение молодой вождь ни принял, несчастные негры, которых Жорж сделал своими сообщниками, твердо намеревались до конца разделить его участь.

Но как ни тяжело был ранен Жорж, он сохранил обычное хладнокровие и, оглядывая пещеру, прикидывал, какими возможностями для обороны располагает найденное Лайзой убежище. Как только носилки с Жоржем оказались в пещере, он подозвал Лайзу и объяснил ему, что, после того как будет укреплен внешний вход в пещеру снаружи, можно еще соорудить укрепление перед входом внутри, а кроме того — заминировать пещеру порохом, захваченным ими из Моки. Тотчас был составлен план действий и начаты работы, поскольку Жорж не скрывал от себя, что, вероятнее всего, его будут судить не как обычного беглеца, и у него доставало гордости полагать, что белые посчитают себя победителями лишь после того, как он, со связанными руками и ногами, окажется в их власти.

Итак, по замыслу Жоржа и под непосредственным руководством Пьера Мюнье отряд принялся сооружать оборонные укрепления.

За это время Лайза обошел гору: как мы уже сказали, она со всех сторон была защищена либо естественными палисадами, либо крутыми скалами, и лишь в одном месте можно было бы одолеть эти скалы с помощью пятнадцатифутовой лестницы. Дорога, ведущая вдоль основания этой естественной стены, шла по краю пропасти. Оборонять такую дорогу было бы легко, но отряд Лайзы был слишком малочисленным, чтобы расставить достаточное количество постов за пределами того, что можно было бы назвать крепостью.

Лайза решил, что следует особо укрепить участок, который примыкал ко входу.

Приближалась ночь. Лайза оставил десять человек на этом важном участке, а сам направился к Жоржу доложить о результатах осмотра горы.

Он застал его в шалаше, наспех сплетенном из ветвей деревьев; укрепления были почти готовы: внезапно наступившая темнота не помешала работе.

В караул вокруг укреплений пещеры были расставлены двадцать пять человек, они сменялись каждые два часа. Пьер Мюнье охранял пещеру, а Лайза, обновив повязку Жоржу, возвратился на свой сторожевой пост.

Теперь все ждали новых событий, которые несомненно должны были произойти с наступлением ночи.

XXV

СУДЬЯ И ПАЛАЧ

В самом деле, в предстоящей схватке между повстанцами и теми, кто не прекращал их преследовать, ночь благоприятствовала нападающим и вселяла тревогу в оборонявшихся.

Эта ночь была торжественной и ясной. Луна, находившаяся в последней четверти, должна была взойти лишь к одиннадцати часам.

Для людей, менее озабоченных предстоящими испытаниями и непривычных к подобным картинам, это постепенное наступление сумерек на пустынные и дикие пространства, которые мы попытались описать, представилось бы величественным зрелищем. Вначале темнота, подобно прибою, подымалась из глубины, обволакивая стволы деревьев, подножия скал, предгорья, неся с собою молчание и постепенно изгоняя последние отблески заката, еще озаряющего, подобно пламени вулкана, вершину горы, и наконец все тонуло в море мрака.

Но когда глаза осваивались во тьме, оказывалось, что она не беспросветна; когда слух привыкал к тишине, он начинал улавливать звуки. Жизнь никогда не замирает в природе, дневные шумы сменяются ночными: среди вечного ропота трепещущих листьев, сливающегося с журчанием ручьев, слышатся тоскливые крики ночных существ и пугающий шорох их крадущихся шагов.