– Помогло?

– От Христича отстали, навалились на других. И Самотлор все-таки загубили. Потом и его убрали. Назначили директором научно-исследовательского института. Чтобы не мешал. Я с ним познакомился, когда снимал документальный фильм «Ты на подвиг зовешь, комсомольский билет».

– Как?! – ахнула Регина и звонко, по-девчоночьи, расхохоталась. – Я не могу! Лозовский! Ты занимался такой фигней?!

– Соплюшка. Тебя бы в то время, я бы посмотрел, чем бы ты занималась. Вот чем: писала бы диссертацию об экономическом загнивании капитализма. Дальше, Петрович.

– У меня все. Твой ход, лисичка.

– С этой «Нюда-нефтью» все не так-то просто, – сразу став серьезной, начала Регина. – На нефтяном рынке сейчас два очень агрессивных игрока. Первый – компания «Сиб-ойл», она прибирает к рукам тюменский север. Второй – группа Кольцова «Союз». Теперь о конкретике. В письме Кольцова я сразу обратила внимание на одну цифру. Ты понял, на какую?

– Снижение курса акций «Нюда-нефти» на девять и восемь десятых процента уменьшило капитализацию компании на сорок миллионов долларов. Значит, все компанию Кольцов оценивает без малого в полмиллиарда.

Регина снисходительно усмехнулась:

– Это ему хочется так думать. Цифра не проверяется. Настоящую цену показывают только торги. Нет, я обратила внимание на другую цифру. А вот она проверяется: за третий квартал «Нюда-нефть» перечислила в бюджет полтора миллиона долларов налогов.

– Это много? – спросил Лозовский, который, как и большинство журналистов, знал все, но не точно.

– Фишка не в том, много это или немного. Это немного, если сравнить с тем, сколько платят «Юкос» или та же «Сиб-ойл». По тюменским меркам «Нюда-нефть» компания небольшая. Но. Я посмотрела технические характеристики нефтяных полей «Нюды» и посчитала, сколько у них там скважин. Только не спрашивай, как я это сделала.

– Ты залезла в их базу данных.

– На нетактичные замечания не отвечаю. Так вот, коротко, чтобы не перегружать твою голову цифрами: каждая скважина «Нюды» дает почти в три раза больше нефти, чем в среднем по всей Тюмени. В три! Прочувствовал? И это, заметь себе, на том самом Самотлоре, который, как ты верно сказал, был практически полностью загублен еще в восьмидесятые годы.

– В три раза? – усомнился Лозовский. – Ты правильно посчитала?

– Шеф, обижаешь. Я умею считать. Как этого добились – не знаю. Но это – факт. Какой напрашивается вывод?

– Интервью Морозова – слив. Цель: сбить цену акций «Нюда-нефти» и скупить их. Просматривается и заказчик: «Сиб-ойл». Значит, Стас Шинкарев работает на «Сиб-ойл». Вот сучонок!

– Теперь ты понял, почему Кольцов так настаивает на опровержении? – заключила Регина. – Как только оно будет опубликовано, все начнут быстро считать. И насчитают то же, что и я. Что за этим последует? Акции «Нюды» рванут вверх.

– Пролетит Кольцов с этим делом, – уверенно предположил Тюрин. – Попов не опубликует опровержения. Ему это, как серпом... Я хотел сказать, он этого очень не любит.

– Как попросить, – не согласился Лозовский. – Может опубликовать. Кольцов попросит. А он умеет просить. Но меня сейчас занимает другое. Если мы такие сравнительно умные, почему мы такие сравнительно бедные? Попросту говоря, что со всего этого можем поиметь мы?

– Мы – это кто? – спросил Тюрин.