Ты должна отбросить прочь свои сомнения, Жюльетта: Природа все
устроила, обо всем позаботилась, она отвечает за все, что ты видишь вокруг.
Разве она дала равные силы, одинаковую красоту и грацию всем сотворенным ею
созданиям? Разумеется, нет. Поскольку ей угодно, чтобы каждая отдельно
взятая вещь, каждое отдельное существо имели свою собственную форму и свои
особенности, она хочет, чтобы и судьбы людей были разные. Невезучие
существа, которые угождают нам в когти или возбуждают нашу похоть, имеют
свое определенное место в общем порядке Природы точно так же, как звезды на
небосводе, как солнце, дающее нам свет; поэтому зло совершает тот, кто
вмешивается в этот мудрый порядок - ведь никому не взбредет в голову совать
свой нос в космические дела.
- Но, - осмелилась заметить я, - разве вам понравилось бы, окажись вы в
их положении и не найдя ни в ком сочувствия?
- Мне? Я бы страдала без всяких жалоб, - таков был стоический ответ,
достойный мыслителя, - и никого бы не молила о помощи.
И если я избранница Природы, если мне не приходится бояться нищеты,
разве не грозят мне, как и всем остальным, лихорадка и чума, война и голод,
и бедствия внезапной революции, и все прочие бичи человечества. Поверь мне,
Жюльетта, и крепко запомни, что когда я обрекаю других на страдания, когда с
улыбкой созерцаю их, это лишь потому, что я научилась страдать сама,
страдать в одиночестве. Сопротивляться глупо и бессмысленно, поэтому надо
отдаться промыслу Природы, иными словами - своей судьбе. Природа не
призывает нас к милосердию, она предлагает нам развить в себе силы, чтобы
противостоять испытаниям, которые она в изобилии припасла для нас.
Сочувствие же не только не закаляет нашу душу, не только не готовит ее к
испытаниям - оно ее обезоруживает, размягчает, напрочь лишает мужества,
которого не окажется в нужный момент, когда придется столкнуться с бедами.
Тот, кто научился спокойно воспринимать боль других, сумеет также спокойно
смотреть в лицо своим собственным несчастьям, и гораздо важнее научиться
страдать самому, нежели бесполезно проливать слезы по поводу чужих
страданий. Да, Жюльетта, чем закаленнее человек, тем меньше он болеет и тем
ближе к истинной независимости; в жизни нас подстерегают только две вещи:
зло, выпадающее на долю других, и зло, которое выпадает нам; стойко принимай
первое, и второе меньше поразит тебя, и ничто не сможет нарушить твой покой.
- Тогда, - заметила я, - неизбежным следствием этого равнодушия будет
всеобщее зло.
- Ну и что? В принципе думать надо не о зле и не о его
противоположности - добродетели, а о том, что делает нас счастливыми, и коль
скоро я увижу, что единственная для меня возможность быть счастливой
заключается в том, чтобы предаваться самым ужасным порокам, я без колебаний
в тот же миг совершу любое, самое немыслимое преступление, потому что, как я
уже тебе говорила, Природа диктует мне наслаждаться любой ценой. |