|
Поэтому мой тебе совет: забудь обо всем. Со своей стороны хочу уверить тебя, что не помню ни единого факта и случая, на которые ты намекаешь. Что же до нищеты, которая тебе грозит, вспомни судьбу Эвфрозины: она даже не стала дожидаться, пока ее заставит нужда, а по собственной воле ударилась в распутство. У тебя выбора нет, так что следуй ее примеру. Больше ничего тебе не остается. Хочу добавить только одно: сделав выбор, не пеняй на меня, ибо, в конце концов, эта роль может быть не для тебя, может не принести скорого успеха, тебе могут понадобиться деньги и помощь, а я не смогу дать ни того, ни другого. С этими словами Дельбена круто повернулась и исчезла, оставив меня в недоуменном отчаянии, которое, конечно, было бы не таким глубоким, будь я большим философом, а так меня одолевали тягостные мрачные мысли... Я ушла, твердо решив последовать совету этого развратного создания, какими бы опасностями это мне ни грозило. К счастью, я вспомнила имя и адрес женщины, о которой как-то раз упоминала Эвфрозина в те времена, когда, увы, я и не думала что придется просить у нее помощи, и через час стояла перед ее дверью. Мадам Дювержье тепло и радушно встретила меня. Ее опытный взгляд обманули чудесные результаты, к которым привели снадобья настоятельницы, и Дювержье пришла к выводу, что таким же образом можно обманывать и многих других. За два или три дня до того, как устроиться в этом доме, я простилась с сестрой, чтобы начать жизнь, совершенно отличную от той, что выбрала она. После многочисленных невзгод мое существование зависело теперь от моей новой хозяйки; я целиком доверилась ей и приняла все ее условия; однако еще до того, как я осталась одна и смогла поразмыслить обо всем случившемся, мои мысли вновь вернулись к предательству мадам Дельбены и к ее неблагодарности. "Увы, - сказала я; обращаясь к самой себе, - почему ее сердце не откликнулось на мое несчастье? Жюльетта нищая и Жюльетта богатая - разве это два разных человека? Откуда эта странная прихоть, заставляющая нас любить роскошь и бежать от нищеты?" Мне еще предстояло понять, что бедность всегда вызывает неприязнь и брезгливость у богатства, а в то время мне было невдомек, как сильно благополучие страшится нищеты, как избегает ее; мне предстояло узнать, что именно боязнь избавить ближнего от страданий порождает отвращение к ним. Еще я удивлялась, как получилось, что эта развратная женщина, эта преступница, как это может быть, что она не боится огласки со стороны тех, с кем она так жестоко обходилась? Это было еще одним признаком моей наивности: я еще ничего не знала о наглости и дерзости, которые отличают порок, когда он основан на богатстве и знатном происхождении. Мадам Дельбена была матерью-настоятельницей одного из самых престижных монастырей Иль де Франса, ее ежегодная рента составляла шестьдесят тысяч ливров {Ливр - старая денежная единица, равнялась 1 фунту серебром, делилась на 20 су, позже была заменена франком. |
