|
Ваши поступки и ваше поведение... - Простите меня, - сказала графиня де Лорсанж, - но это всего лишь результат испорченности, которую обнаруживают оба пола... - Хорошо, продолжайте, мадам, продолжайте. - ...потому что Дювержье в равной степени умела угождать прихотям и мужчин и женщин. - Надеюсь, - заметил маркиз, - вы не собираетесь лишить нас подробностей, которые, как бы ни были они эксцентричны и причудливы, еще больше развлекут нас? Мы знакомы практически со всеми экстравагантностями, присущими нашему полу, и вы доставите нам удовольствие, поведав о тех, которым предаются женщины. - Ну хорошо, будь по-вашему, - согласилась графиня. - Я постараюсь описать только самые необычные оргии и, чтобы не впадать в однообразие, пропущу те, что кажутся мне чересчур банальными. - Чудесно, - заявил маркиз, демонстрируя собравшимся свой уже набухший от вожделения орган, - только не забывайте, как действуют на нас подобные рассказы. Взгляните, до чего довело меня даже ваше предисловие. - Хорошо, мой друг, - сказала очаровательная графиня, - разве я не вся в вашем распоряжении? И я получу двойное удовольствие от своих мучительных воспоминаний. А раз самоутверждение так много значит для женщины, позвольте предположить, что если речи мои служат причиной такого повышения температуры, то и моя скромная персона также имеет к этому какое-то отношение. - Вы совершенно правы, и я готов доказать вам это сию же минуту, - сказал маркиз. Он и в самом деле был возбужден до крайности и увел Жюльетту в соседнюю комнату, где они оставались достаточно долго, чтобы вдоволь вкусить все самые сладкие радости необузданного порока. - Со своей стороны, - сказал шевалье, оставшийся после их ухода наедине с Жюстиной, - я должен признать, что пока еще не готов сбросить балласт. Но неважно, поди сюда, дитя мое, стань на колени и пососи меня; только будь добра сначала показать мне твой задик, потому что твои передние прелести интересуют меня меньше. Вот так, очень хорошо, - добавил он, разглядывая Жюстину, которая была достаточно обучена такого рода вещам и умела, хотя и не без неудовольствия и раскаяния, возбудить мужчин. - Да, да, очень хорошо, милочка. И шевалье, чувствуя себя на седьмом небе от неописуемого удовольствия, был уже близок к тому, чтобы отдаться изысканно-сладостным ощущениям вызванного таким путем оргазма, когда вернувшийся вместе с Жюльеттой маркиз начал умолять ее вновь разматывать нить своих воспоминаний, и его приятелю пришлось подавить в себе стремительно приближавшийся пароксизм страсти. Когда присутствующие успокоились, и все внимание вновь обратилось на мадам де Лорсанж, она продолжила свою историю и рассказала следующее. В доме мадам Дювержье жили шестеро женщин, но одним мановением руки она могла вызвать на подмогу еще сотни три; два подтянутых лакея почти двухметрового роста с гигантскими, как у Геркулеса, членами и два юных грума {Молодой слуга. |
