Другое дело — кто-то из сотрудников, человек одного с ней уровня. Даша, пожалуй, была уверена, что это дает какие-то гарантии, что такая любовь бывает только настоящей… что это действительно любовь.

Встречаясь с пока неизвестным Славиком, она и привлекла внимание своих будущих убийц. Возможно, они видели пару вместе или заинтересовались фотографией, которую заметили даже горничные. Много что могло случиться — порой какая-нибудь мелочь меняет судьбы навсегда.

Таиса не стала выспрашивать охранника, чем именно занимается Славик и что у него за студия такая — предполагалось, что она уже это знала. Поэтому она просто кивнула и направилась к зданию администрации. Догадаться было не так сложно, на самом-то деле. У кого бывают студии? У художников, скульпторов, фотографов… Но какова вероятность, что в Охотничью Усадьбу приволокли скульптора или художника?

Поэтому она искала фотографа — и не ошиблась. Почти сразу, войдя в здание, Таиса обнаружила указатель, подсказывающий, как найти фотостудию. Начало получилось хорошее.

Когда она пришла, Славик был занят. Зато в коридоре больше никого не оказалось, и это подразумевало, что Таиса будет следующей. Она не возражала против ожидания, оно давало ей шанс получше рассмотреть фотографа.

Славик оказался молодым — лет двадцати-двадцати пяти. Высокий, сухощавый, красивый настолько, что в его внешности даже сквозило нечто женоподобное, но еле уловимое, не способное его испортить. Светлая кожа, угольно-черные волосы, серые глаза, пирсинг на брови, уверенность и очаровательная улыбка. То, что нравится совсем юным девушкам. Даша, пожалуй, думала, что он такой же трудяга, как она, ему можно доверять… А может, вообще ни о чем не думала. Ей улыбки хватило.

Во время съемки Славик держался уверенно и галантно, наглости, присущей здешним клиентам, в нем не было. Напротив, порой он был даже слишком осторожен. Это, неловкие движения, робкие взгляды выдавали, что уверенность в его случае скорее напускная. В глубине души он боится потерять работу не меньше, чем горничные. Оно и к лучшему — не для покойной Даши, для Таисы, от такого человека ей проще было получить ответы.

Когда предыдущая модель ушла, Славик улыбнулся Таисе, пригласил подойти поближе. Она и подошла — но только после того, как заперла дверь студии. Его улыбка померкла.

— Это еще что должно означать? — нахмурился он. — Нам вступать в любую интимную связь с клиентами запрещено!

— Хорошо, — кивнула Таиса. — Хотя ты очень скоро пожалеешь, что я пришла не за интимной связью.

Она показала ему то же фото, что и горничным. Правда стала ясна Таисе в первую же секунду после того, как фотограф посмотрел на экран. Потом он, конечно, попытался все отрицать, с демонстративным удивлением интересовался, что это за девушка такая, клялся, что никогда прежде ее не видел. Это уже не имело никакого значения.

Люди говорят всегда, даже когда молчат, вот о чем многие забывают. Жесты, мимика, движения. Поза. Расстояние до собеседника. Напряжение, поселившееся в мышцах, или полная расслабленность. Даже когда разум отдыхает, тело продолжает рассказывать историю, это Таиса усвоила очень хорошо. Она сама, много знавшая о психологии, не всегда контролировала все эти невербальные послания.

Славик не просто узнал Дашу — они были близки, и теперь ему было известно, что она умерла. Вот и все, что интересовало Таису для начала.

— Как вы познакомились? — спросила она.

— Я же сказал, что не знаю ее!

— Парень, ты радоваться должен, что тебе выпал шанс поговорить со мной! Возможно, этим все и закончится, если будешь отвечать по существу. Если нет — придет тот, кто заставит тебя говорить.