Сначала она относилась к его вниманию скептически. Она прекрасно знала, кто живет в Охотничьей Усадьбе и чем там развлекаются. Она посмеивалась над Славиком, ожидая, что очень скоро он устанет и проблема решится сама собой.

Но время шло, он оставался рядом, и она растаяла. Это был вполне предсказуемый исход: как бы Даша ни закалила себя цинизмом, она все равно оставалась юной девушкой, которой хочется романтики и вообще совсем другой жизни. Она начала улыбаться Славику искренней, и уже сама с нетерпением высматривала через окно его машину.

Примерно через месяц после знакомства она согласилась на первое свидание. Они устроили пикник в лесу, и Славик, неплохо изучивший девушку, вел себя сдержанней британского джентльмена. Это окончательно покорило Дашу, она согласилась на второе свидание и с каждым днем все больше доверяла ему.

— Когда у вас дошло до физического контакта? — спросила Таиса. — И почему все было именно так?

— Где-то в конце лета, кажется… или в начале осени, точно не знаю. Помню, что было тепло…

Они снова уединились в лесу — в том, что находился поближе к Черемуховой, а не в том, который очень скоро стал для Даши роковым. Началось все само собой: они долго говорили, потом и сами не заметили, как стали целоваться. Они ничего не обсуждали, Славику все казалось естественным. Девушка не сопротивлялась, откликалась на его прикосновения желанием, он чувствовал, что она возбуждена… К чему вообще слова?

Даша резко все оборвала, уже когда он ее раздел. Столкнула с себя и все, замерла перед ним, испуганная, виноватая, начала быстро-быстро что-то объяснять. Славик, ошалевший от такого поворота, даже значения слов сначала не понимал, все никак не мог в себя прийти.

— А потом до меня дошло, — криво усмехнулся Славик. — Она рассказывала мне, что она девственница, до брака ей нельзя, она хочет, чтоб муж у нее был первым и все дела. Но поскольку я ей нравлюсь, она готова мне помочь… Ну, короче, чтоб все было без нормального секса. Ради меня типа, ага! Да ей просто самой хотелось. Предполагалось, что и я ей кончить помогу, ей просто нравилось корчить из себя святошу!

— Ты согласился на это?

— Тогда нет. Настроение было уже не то, потому что это же тупо! Какая-то символическая девственность у нее получается. То есть, творить она может что угодно, но чтобы эта пленка или как там…

— Девственная плева, — подсказала Таиса.

— Вот чтоб эта хрень оставалась нетронутой до того, как она замуж выйдет, причем вовсе не обязательно за меня! Ну не офигеть ли? Короче, не впечатлило это меня. Мне и так девственницы раньше не попадались, а теперь я понял, что при встрече с каждой буду думать: идейная она, настоящая или еще какая… Короче, не очень хорошо все это дело закончилось.

После ссоры Славик и Даша не встречались две недели. Он не приезжал, она не звонила, оба делали вид, что ничего не было. Он не выдержал первым: его работа была все так же однообразна, в Охотничьей Усадьбе ему все так же становилось скучно. Таиса предполагала, что он просто заскучал по Даше, но сам он ничего подобного не признал.

К тому же атмосфера на его работе чаще всего была специфической. Он имел дело с девушками, которым нравилось раздеваться на камеру, да еще и поддразнивать фотографа. Но Славик прекрасно знал, что дотрагиваться ни до одной из них нельзя — даже до тех, до которых в Москве было бы очень даже можно.