— Это какое-то недоразумение…

— Даже не начинай. Я знаю, кто ты такой. Ты знаешь, кто я. Не нужно уходить в пустую болтовню.

— Ну, попытаться стоило, — усмехнулся Андрей. — Будешь спрашивать, что стало с твоими спутниками?

— Нет. Я все равно узнаю позже, ты ненадежный источник. Ты можешь ляпнуть что-нибудь такое, что придется тебя пристрелить, а это серьезно испортит мне резюме.

— Ты это можешь? Пристрелить меня? Ты правда способен на убийство человека?

Андрей, при всем своем безумии, был неплохим психологом — иначе он не оставался бы вне подозрений так долго. Он отлично разбирался в людях, к любому мог найти подход. Он умел заглянуть в душу и теперь видел то, что Гарик знал о себе с самого начала.

Он не мог убить. Несмотря на все свои громкие слова, злость, даже на грани отчаяния не мог и все. Это было не в его природе. Матвей убивать умел, хоть и без удовольствия — просто такой вот он уродился. А Гарик — нет, и это вовсе не означало, что он готов был тут рыдать и едва удерживать пистолет в дрожащей руке.

Андрей заметил то, что ему показалось слабиной, двинулся вперед — медленно, осторожно, зная, что забрать пистолет одной рукой будет трудно.

— Ты же не такой, как я, — вкрадчиво говорил он. — Ты действуешь по закону, вызываешь полицию… Так зачем в меня стрелять? Я ранен, я никуда не убегу…

— Прекращай, а? — поморщился Гарик. — Ты реально ожидаешь, что я сейчас в панике начну отступать и вопить, чтобы ты не приближался? Мы же не в фильме, парень. В фильмах почему-то не учитывают один очень полезный вариант.

Прежде, чем Андрей успел сообразить, что происходит, Гарик опустил пистолет ниже и выстрелил — в ногу. В колено, чтобы даже случайно не задеть никакую крупную артерию… а еще сделать так, чтобы охотиться Андрей уже не смог никогда.

Андрей с воем покатился по грязному полу. Гарик поставил пистолет на предохранитель, убрал за пояс и теперь равнодушно наблюдал за тем, кто для многих сумел стать воплощением худших кошмаров.

— Знаешь, а ты ведь сказал верно, — задумчиво бросил Гарик, прислушиваясь к далекому еще вою сирен. — Ты теперь никуда не убежишь.

* * *

Таиса предполагала, что преодолеть случившееся будет сложнее. Она ожидала кошмаров — с безжалостным ледяным лесом, темной водой, утаскивающей на глубину, с яркими красными пятнами среди абсолютной белизны… Но ничего такого не было. Таиса допускала, что подобные последствия настигнут ее позже. Форсов считал, что это попросту показатель стабильной здоровой психики: умение преодолеть травму и двигаться дальше.

В больнице Таиса все-таки оказалась, но все понимали, что это скорее мера предосторожности. Девушка не возражала: теперь она могла спокойно отлеживаться в уютной одиночной палате, а не разбираться со всем бардаком, который творился в Змеегорье и его окрестностях. Аресты, допросы, задержания… Ее такое не привлекало.

Да и скучать ей не приходилось. Оставаясь одна, Таиса жадно читала одну за другой книги из списка, который дал ей Форсов. Он не говорил, что уже точно решил взять ее на обучение. Но разве такие списки составляют просто так, без особой причины?

Гостей у Таисы тоже хватало. Помимо родственников и знакомых, к ней регулярно наведывался Гарик. С его подачи на прикроватной тумбочке стояли не только роскошные букеты цветов, но и крошечная пихта в горшке. Гарик и сам толком не сумел объяснить, зачем притащил дерево. Он лишь с загадочным видом объявил, что так нужно, и удрал из палаты.

Пару раз заходил Форсов — чтобы проверить, как она, и передать ей список. К третьему визиту он уже знал все подробности этой истории и готов был рассказать о них.